Пустые зеркала

– До двадцати двух лет я свою бабушку толком не знала, – принялась рассказывать она, проходя в гостиную первой и направляясь к стене, на которой висели фотографии в рамках. – В детстве видела лишь однажды, но не запомнила ничего. Они с мамой не ладили. Бабушка была категорически против моего отца, говорила, что он бестолковый и ненадежный человек. И, знаете, оказалась права. Он нас бросил, мне еще и шести лет не было. Года два мама сама барахталась, а потом все же решила обратиться за помощью к бабушке. Я смутно помню тот день, когда мы сюда пришли.

Помню, мне дали чай с очень вкусными конфетами, я тогда редко такую роскошь видела. Чтобы целая вазочка конфет стояла – и ешь, сколько влезет. А мама с бабушкой в комнату разговаривать ушли. Помню, как они кричали друг на друга.

Мария сняла со стены фотографию и замерла, рассматривая ее и стоя к ним спиной.

– Потом мама вылетела из комнаты в слезах, схватила меня за руку и сказала, что мы уходим. Я успела две конфеты из вазочки взять и с собой унести. Потом так жалела, что не смогла взять больше.

Я таких конфет после уже не ела. Дальше стало хуже. Мама стала искать помощи у мужчин, но каждый следующий оказывался хуже предыдущего. Она пила с ними, скатываясь все ниже. Я росла, глядя на все это. Путь у меня был только один, и я пошла по нему. Сомнительные компании, сомнительные парни, сигареты, алкоголь. А потом и до наркоты дошло. Мама умерла, я одна осталась. И, наверное, закончила бы так же, как она, только гораздо быстрее, но тут это письмо. И я, знаете, сразу вспомнила про те конфеты. Поняла, что это мой шанс обмануть судьбу.

Она повернулась к ним, подошла и протянула фотографию, на которой более молодая, но такая же пухленькая ее версия улыбалась, обнимая добродушного вида старушку. Так и не скажешь, что та бросила в беде родную дочь и опомнилась только много лет спустя, когда стало поздно.

Карпатский едва взглянул на снимок, передал его Владу, а уже он вернул хозяйке.

– Мы пять лет прожили вместе. Бабушка сильно сдала к тому времени, я ухаживала за ней, а она помогла мне наладить жизнь.

Потом она умерла, оставила мне неплохое наследство. Я через какое-то время вышла замуж, детей родила. Вот и вся история. Но если бы не то письмо, я давно сдохла бы под каким-нибудь забором от передоза. Или какой-нибудь мужик меня по пьяни зарезал бы. Или я его. Но как это письмо – или даже его копия – попало к вам? Я думала, оно лежит среди разных мелочей, оставшихся от бабушки, которые рука не поднялась выбросить.