Пустые зеркала

– Я могу это объяснить…

– Уж постарайся, – грозно велел Карпатский. – Мы внимательно слушаем.

То ли просыпаясь, то ли приходя в себя, Диана сразу почувствовала, что что-то не так. Она хорошо помнила, как закончила дежурство, передала смену Насте, заскочила в ресторан и съела там завтрак, постоянно выискивая взглядом Карпатского или хотя бы кого-то из полицейских, но так никого и не увидела. Потом сложила в спортивную сумку вещи на два-три дня, чтобы не оказаться, как в прошлый раз, в чужой квартире без банальной смены белья и даже минимума гигиенических принадлежностей и косметических средств.

Дальше воспоминания начинали путаться. Диана была уверена, что села в машину и поехала к Карпатскому, размышляя о том, как правильнее поступить: сначала доехать и выспаться, а потом уже сходить в магазин, чтобы приготовить что-нибудь интересное, или же заскочить в магазин сразу. На каком варианте остановилась, она уже не помнила. Как не могла сообразить, доехала ли вообще до пункта назначения.

Одно понимала точно: проснулась она сейчас не в квартире Карпатского, поскольку хорошо помнила ощущения его дома.

Звуки, запахи, матрас кровати. И даже при задвинутых шторах днем там не могло быть настолько темно, а она совершенно точно не могла проспать до глубокой ночи. Да и глубокой ночью в городе темнота не бывает такой абсолютной.

А та, что окружала ее сейчас, была по-настоящему непроглядной. Когда Диана открыла глаза и поняла, что вообще ничего не изменилось, даже испугалась слегка: не ослепла ли? Но с чего бы вдруг?

Лица что-то щекотно коснулось.

Что именно, было не увидеть и не понять, поэтому Диана лишь дернулась и отмахнулась. Ей показалось, что это была веревка или шнур, но разобрать она не успела, а когда попыталась снова нащупать предмет, не смогла его найти, как будто его кто-то забрал.

Мысль о том, что в неизвестном месте она может быть не одна, пробила словно током и заставила резко сесть. От движения даже закружилась голова, и, чтобы не рухнуть обратно, Диана уперлась рукой в пол.

Под ней определенно был именно пол, причем, кажется, земляной. Холодный, слегка влажный, утоптанный. Только теперь Диана почувствовала, что порядком озябла, пока лежала.

Где она, черт побери? И как сюда попала? Почему мысли путаются и она не может вспомнить, чем закончилась ее поездка? Ее чем-то одурманили? Но кто? И зачем?

Глаза все никак не желали привыкнуть к темноте и разобрать хоть что-нибудь. Зато слух постоянно улавливал какое-то… шуршание.