Путь долга и любви

Компаньонка развернулась, сделала шаг к арочному проёму — тому, что уводил в соседний, совершенно пустой зал. И мы с младшим высочеством даже собрались последовать её примеру, но со стороны заполненного чиновниками холла прозвучало:

— Госпожа Эмелис, подождите!

Я невольно вздрогнула и споткнулась и как-то не сразу заметила, что их высочество плавно перетёк в сторону, полностью загородив от того, кто отделился от толпы и устремился навстречу.

Много позже, вечером, нежась в объятиях самого лучшего мужчины во всех семи мирах, я выведала причины этого поступка: у Теридана-Кирстена из рода Донтор просто сдали нервы.

Да, события последних дней были предельно болезненными не только для меня, но и для Кира — правда, в этом боевик сознаваться уже не стал, отшутился.

Зато там, в Малом зале, я искренне недоумевала. Ведь к нам шагал не абы кто, а глава дурборского магического Ордена, господин Лаун! Узнать его было проще простого: во-первых, никто, кроме архимагов, белоснежные хламиды не носит; во-вторых, я не раз портреты Лауна в газетах видела; в-третьих, о нём в учебниках по истории магии писали.

Совсем чуть-чуть, но всё-таки.

Он был высок и худощав, точь-в-точь как архимаг нашего, верилийского Ордена Центрус. Центрус в своё время шутил, что подобное телосложение и ранняя старость из числа профессиональных заболеваний. Мол, работа все соки выжимает. Правда, сам Центрус был далеко не стар, равно как и его дурборский коллега…"

"— Госпожа Эмелис, — вновь позвал Лаун, приблизившись.

На Терри, который всё-таки отступил, позволяя главному магу Дурбора увидеть гостью, глянул насмешливо. — Госпожа Эмелис, мы не представлены, но вы простите мне бестактность, верно?

Я присела в реверансе и ответила:

— Рада знакомству, господин Лаун.

Мужчина улыбнулся. И хотя ему было совсем необязательно проявлять светские манеры, протянул руку.

— Вы позволите?

Я, разумеется, позволила. Хотя было очень странно чувствовать прикосновение губ архимага к пальчикам, потому что… ну не приняты в нашей среде такие жесты.

— О, господин Лаун! — встряла в междусобойчик графиня. — Как поживаете?

— Прекрасно поживаю, госпожа Вента, — ответил мужчина. — Получше многих.

Компаньонка хотела сказать что-то ещё, но тут у Лауна запас хороших манер кончился. Архимаг банально проигнорировал приоткрытый рот королевской тёщи и обратился ко мне:

— Эмелис, дорогая моя, я в курсе твоей ситуации, но знаешь, это не дело.