Путь ярости

 – Еще погуляем или хватит на сегодня?

– А какой интерес с тобой тут гулять? – проворчал Семен. – Я бы лучше с девушкой погулял. Давай на базу, Никита, а то дождь по ходу собирается.

Снимки местности он сделал – подробные, во всех ракурсах. Можно помозговать над этим делом и в более спокойной обстановке. Он вынул телефон и вызвал по закрытой линии полковника Порохова.

– Здравия желаем, товарищ полковник, – приветствовал он старшего по званию. – Турченко докладывает. Местность осмотрели, позиции выбрали.

Можете выпускать своего клоуна.

Офицер из штаба бригады был заметно выпившим. Он носил погоны майора и выглядел щеголевато. Лихо подкатил на мотоцикле с люлькой к складам, лихо затормозил, вписавшись между грузовыми микроавтобусами. Он стащил с головы шлем, повесил на руль, зашагал к крыльцу, как-то глумливо ухмыляясь. Часовой посторонился, невольно потянул носом. Пьяным офицер не был, но запашок от него шел, что надо. И настроение было великолепное. Мурлыча под нос, он прошагал по коридору, стукнул ради приличия в дверь с табличкой «Без стука не входить», толкнул ее от себя.

– Здравия желаю, товарищ майор, разрешите войти? – И засмеялся, словно сморозил что-то чертовски остроумное. Мужчина с такими же погонами сидел за столом и размашисто писал в потрепанном гроссбухе. На столе стоял компьютер, но пользоваться его услугами мужчина с погонами почему-то не хотел. Он опустил очки на нос и выжидающе уставился на посетителя. А тот без стеснения прошел в кабинет и развалился на стуле.

Хозяин кабинета потянул носом, поджал губы.

– Курвуазье, 14 лет выдержки, – похвастался посетитель. В принципе он был приличным человеком, занимал должность в штабе бригады, достойно воевал, отзывался на имя майора Хомутова Глеба Ивановича, но имел тщательно скрываемую пагубную страстишку – любил в свободное от службы время перекинуться на деньги в карты.

– Поздравляю, Глебушка, растешь. – Начальник склада майор Крикун отложил «перо» и небрежным жестом протянул руку – словно царь для поцелуя.

Хомутов оскалился и пожал ее. – Ты бы лучше долг отдал, чем коньяк кушать в свободное время. Ума не приложу, какого хрена я тебе занял. Знал ведь, что не отдашь. Пользуешься ты, Глебушка, моим дружеским расположением, ох, пользуешься… Только не говори, что опять занять пришел.

– Кстати, насчет долга, Димон, – хохотнул гость, вынул из кармана бумажный сверток и небрежно бросил на стол. – Забирай, тут все до копеечки.