Путь хранителя

— Артур, — я глубоко задышал, стараясь на сорваться на рык и попытался уговорить эту сволочь: — Он совсем мальчишка, он не выживет. Он оракул, ты же сам знаешь, что это значит, без оружия шансов у него нет.

— О, я знаю, что он оракул. Поэтому у вас и будет шанс против этого демона, — зловеще улыбнулся монарх. — И он сам согласился, так что всё честно.

Честно! Его же мать, бездну, с этим хитрожопым не было такого понятия. Как он смог уговорить Германа? Что пообещал? Меня переполнила лютая ярость и глаза налились кровью так, что Артур отшатнулся.

— Если с ним что-то случится, я убью тебя, — пообещал я едва слышно.

Глаза правителя расширились, а затем недобро сощурились:

— Не смей угрожать мне, мальчик. У всего есть цена и тебе предстоит расплатиться, а не бегать от меня, словно это допустимо. И за эти слова тоже. Не разочаровывай меня.

— Это не угроза, Артур… — меня его речь не проняла, настолько я был взбешен.

Но договорить мне не дал обрывистый вскрик графа. Я резко обернулся и увидел, что оракул схватился за виски, а лаз снова открывался, открывая путь новому демону.

— Дамы и господа! — зазвучало сверху. — Мы превзойдем любые ваши ожидания! Только для вас и только у нас, сегодня на арене два служителя, сражающихся с исчадиями тьмы! Но это численное преимущество лишь кажется внушительным! Потому что их противник сможет удивить…

Мысли метались, как и мои глаза в поисках угрозы. Герман стонал за моей спиной, но поворачиваться к нему я не мог, ожидая демона.

— Что там? — крикнул я.

— Ох, вот я дурак, — отчаянный голос графа пробился сквозь принявшуюся вновь шуметь толпу. — Но теперь понятно, зачем… Илья, это невидимка.

Твою же мать! Хрен с ним, как король умудрился достать ещё одну крайне редкую тварь. Демон, называемый невидимкой, ею и являлся. Нечто, похожее на ската и обладающее способностью скрывать себя даже от печатей, снимающих скрыты.

В дальнем углу вспыхнул защитный контур и по клетке прошла дрожь от мощного удара.

— Запах, ориентируйся по запаху. Когда он приблизится, запах усилится. И слушай меня! — выдохнул Герман, вжимаясь в прутья.

Твою мать, твою мать! Да, проклятый Артур прав, без оракула у меня не было ни единого шанса справиться. Да и у нас двоих он настолько призрачный, что я зарычал, вызвав этим восторженные вопли зрителей.

— На десять, верх! — закричал граф.