Путь хранителя

Довелось мне побывать на легендарной улочке Сэвил Роу в Лондоне и посетить несколько знаменитых ателье, одно из которых тоже носило эту фамилию.

Двухэтажное здание, спрятанное во дворе тихой боковой улицы в самом центре столицы, скрывало сокровище и моё спасение. Если рай и существовал в этом мире, то он был здесь.

Утонченно-скромный интерьер зала, приглушенный свет и прохлада работающих кондиционеров сразу вызывали ощущение спокойствия. А ещё то, что здесь никто не суетился и не бегал с подносами шампанского и икрой.

По периметру помещения располагались витрины с образцами продукции, подсвеченные изнутри софитами, а по центру, под светом, проникающим через матовый стеклянный купол потолка, на пушистом ковре были расставлены удобные кресла с пуфами.

На тихий перезвон дверного колокольчика вышел добродушный дедуля. Именно его улыбающееся по-отечески лицо первым привлекало внимание. Чуть растрепанные седые волосы, короткая бородка и паутина морщин в уголках глаз и губ.

Одет он был не в один из шикарных костюмов, выставленных на манекенах за стеклом витрин, а в видавший виды, хоть и добротный, пиджак с заплатками на локтях, слегка запачканные мелом серые брюки и пронзительно-синюю рубашку простого покроя.

— Добро пожаловать, юный господин, — голос его, в противовес внешности, был молодым и бодрым.

Он чуть наклонил голову, окинув меня изучающим взглядом.

— Федор Прокофьевич Шепард, — он протянул руку и вопросительно поднял брови.

Неужели сам хозяин этого заведения? Я не видел герба на его одежде, да и титул старичок не назвал, но это не означало, что он не из аристократии. Обязательства по ношению знаков отличия не было, но редко кто так делал.

— Илья, — я замялся на секунду, представляться фамилией и графом я до сих пор не мог. — Скромный служитель всеблагих, адепт, защитник.

Шепард по-доброму усмехнулся и сделал приглашающий жест.

— Чем я могу вам помочь, скромный служитель Илья?

Мы неторопливо шли до кресел, а я вдыхал прохладный воздух с легким ароматом чего-то древесного, словно где-то жгли восточные благовония. Сандал, вспомнил я название этого дерева.