Сергей тщательно прицелился и, увидев испуганные глаза Керта, крикнул: «Ложись!!!» – что атакуемый немедленно исполнил. Седой плавно спустил курок. Болт насквозь прошил череп вурдалака, который умер мгновенно, но по инерции пролетел вперед и накрыл своим тяжелым телом Керта. Решетов помог испуганному стрелку выбраться из-под отвратительной туши и, тщательно оглядевшись вокруг, с облегчением вздохнул: «Все!»"
"На месте поселка вурдалаков бушевало пламя, а на склоне скалы и подступах к ней, нашпигованные стрелами, валялись тлеющие останки грозных тварей…
Взглянув на пробивавшиеся сквозь листву лучи Зетро, Осан вопросительно посмотрел на Сергея:
– Дело сделано! Уходим?
– Нет, – покачал головой Седой.
– Дождемся, пока угаснет огонь, и произведем зачистку. Там могли остаться раненые и те, кто сумел найти укрытие от пламени. Я не хочу, чтобы хотя бы одна тварь из этого мерзкого поселения выжила после сегодняшнего дня!
Когда огонь полностью угас, а свежий утренний ветерок разогнал жар над сгоревшим поселком, воины, обнажив свои клинки, направились к огромному пепелищу.
Осторожно, обходя еще тлеющие участки земли, цепь истребителей квахо продвигалась среди дымящихся останков домиков вурдалаков. Решетов убедился в том, что зачистка действительно необходима, когда из недр нетронутого огнем домика практически прямо на него вылетела разъяренная вурдалачиха. Стремительный взмах меча – и ее все еще рычащая голова отлетела на несколько метров, подняв клубы пепла.
– Всем быть начеку, проверять каждое уцелевшее жилище! – тихо скомандовал Седой и, завидев впереди лишь слегка обгоревшую «хатку», осторожно подкрался к ней и заглянул в проем входа.
Пусто…
Как Решетов и предсказывал, то слева, то справа раздавалась ругань, которая сопровождала «контрольные» удары по раненым и умирающим квахо обоих полов. Уже на самом краю деревни Сергей заметил полностью уцелевший домик и плавно устремился к нему. Из входного проема раздавалось утробное рычание взрослой твари и едва слышное попискивание зверенышей.
Седой осторожно заглянул внутрь и увидел в дальнем углу особь женского пола, за спиной которой возились четверо зверенышей. Он осторожно вошел, держа меч наготове, и, едва нелюдь бросилась на него, мощным ударом разнес ей череп. Затем переступил через подергивающееся тело и застыл в замешательстве – четверо еще пушистых малышей, жалобно попискивая и едва переставляя неокрепшие лапки, копошились в темном углу, пытаясь отыскать внезапно исчезнувшую мать.
