Путь магии и сердца

По ушам ударил яростный, исполненный гнева крик:

— Целителя!

И уже тише. Торопливо и очень-очень ласково:

— Мелкая, потерпи. Чуть-чуть потерпи, и всё будет хорошо.

Я не послушалась, взвыла снова.

Меня прижали к кровати, а тот же смутно знакомый голос продолжал шептать:

— Тише, маленькая моя… Тише… Тебе нельзя сейчас двигаться…

Целитель пришёл очень быстро, и минуты не прошло. Хотя на тот момент казалось — жду вечность.

Несколько сложных пассов руками, двойное обезболивающее заклинание, и выть я перестала.

Правда, синеглазого брюнета, который продолжал удерживать, узнала не сразу. А уж когда узнала… стало совершенно всё равно, где я, что я и почему.

Кирстен напоминал восставшее из могилы умертвие. Кожа бледная, глаза в обрамлении синяков, щетина… ну, недельная, не меньше. Рубашка расстёгнута до середины груди, измята… Ни тени, ни грамма того сдержанного лоска, коим всегда отличался мой сообщник.

— Кир, что с тобой случилось? — выдохнула я, попыталась дотронуться до его щеки.

Руку перехватили, поднесли к губам.

Кир улыбнулся, и образ умертвия несколько померк.

— Всё хорошо, — прошептал боевик. — Теперь всё хорошо…

— Господин Кирстен, будьте добры… — буркнул целитель. Я уже видела этого старичка, но только один раз, мельком. — Господин Кирстен!

Кир с заметной неохотой выпустил из захвата и отступил. Только теперь осознала, что нахожусь в больничной палате. Из обстановки лишь кровать, кресло и низенький столик, на котором стоит пустая чашка и тарелка с нетронутым куском пирога.

На мне уже не платье, а тонкая казённая сорочка. Простыни пахнут крахмалом, одеяло немного колется.

— Госпожа Эмелис, расслабьтесь… — Голос целителя расслаблению не способствовал, он был строгим и сосредоточенным. Но я всё-таки заставила себя вдохнуть поглубже и прикрыть глаза.

Стало заметно холодней — это с меня одеяло сдёрнули. Пальцы старика ловко ощупали горло, руки и ноги. После мне велели перевернуться на живот — манёвр дался с трудом, но дело уже не в боли было, в слабости.

— Отлично… — пробормотал старик.

И уже громче: — Отлично, госпожа Эмелис. Через пару дней будете как новенькая.

«А что со мной случилось?» — хотела спросить я, но…

Воспоминания накрыли волной, я невольно вздрогнула, вцепилась в подушку.

— Что?! — выпалил Кир, подскакивая к кровати.

Целитель тоже напрягся.

— Ничего, — едва совладав с дыханием, сказала я. — Всё в порядке.

Повисла напряжённая пауза, но так как дёргаться и вопить я уже не пыталась, мужчины успокоились.