Путь одиночки

Капитан выстрелил несколько раз, перезарядил «винторез». Под ногами хлюпало. Данила присел под стеной очередного сарая, который тоже оказался на сваях. Пригибаясь, к нему подскочили Нечипоренко и Лазебный.

— Как Белов?! — прокричал Данила, пытаясь поймать хоть кого-то в прицел «винтореза».

— Мертв, — ответил Лазебный. — В шею, навылет.

— Прапорщик, прикрой! — скомандовал капитан. — Проверю дверь сарая, вдруг кто внутри.

В них палили со всех сторон, не экономя патроны. Данила подскочил к двери, дернул — заперта, что и требовалось доказать.

— Надо валить, капитан! — внес предложение Нечипоренко, меняя ленту в пулемете.

— Надо, — согласился Астрахан. — На крыши — и в лес, но сначала проверить центральный дом на сваях.

— Капитан, объект нам уже не взять!

— Попытаюсь, — упрямо мотнул головой Данила. — Прапорщик, огонь на подавление.

Застрочил пулемет, Данила заметил шевеление под сараем справа, прицелился, но тут в поле зрения выскочили собаки, и он скрипнул зубами. Всё этой ночью не в масть! Против такого козыря особо не поиграешь, свора натасканных доберманов или волкодавов стоит взвода спецназа — разумеется, в ближнем бою и на своей территории.

— Капитан, отходим! — заорал Лазебный.

А толку? Противник, которого принял Сектор, все равно выследит с собаками и догонит…

Он пальнул в сторону пулеметчика, выкатился из-под сарая и со всех ног бросился к крыльцу небольшого дома.

— Стоять! — рявкнул кто-то за спиной. — Оружие на землю!!!

Данила обернулся. Его держал на мушке бугай с покрытым шрамами лицом, тот самый, которого он уже видел. Одного глаза у бугая не было, что не мешало ему уверенно выцеливать врага из старенького, но надежного карабина «Вепрь».

— Стою, — сказал Данила, тяжело дыша.

— Оружие брось, велено! — заорал одноглазый, и в эту самую секунду Лазебный, выскочив из-за склада, снес ему пол головы короткой очередью.

Собаки с лаем приближались. Данила, быстро вскарабкавшись по боковой стене дома на крышу, встал на одно колено и принялся стрелять одиночными, быстро поворачивая ствол. Раздалось пыхтение, на крышу влез Лазебный и залег рядом, сразу открыв огонь. Внизу бешено заорал Нечипоренко, донесся звериный рык. Не успел! Лазебный вскочил было, но когда над самой головой просвистели пули, снова лег.