Путь Стаи (СИ)

И она с рыданиями уткнулась в его бедро, на котором лежала ее голова.

— Тише, тише, все хорошо, — Шторос шептал что-то нежное, успокаивающее, поглаживая ее по голове.

— Она очнулась? — над ней склонились сразу три встревоженных клыкастых морды. Динка моргнула, прогоняя наваждение, и засмеялась.

— У нее всегда с головой был не порядок, но в этот раз она точно повредилась рассудком, — проворчал Тирсвад, изучая выражение ее лица тлеющими алым глазами.

— Вы хоть клыки спрячьте, — выдавила сквозь смех Динка.

 — Так и обмочиться от страха можно спросонья.

Варрэны в недоумении переглянулись.

— Так, все убедились, что она жива? Теперь позвольте мне с ней побыть один на один, — вдруг сказал Шторос, обводя взглядом остальных варрэнов. — Сейчас я ее буду пороть!

— Что ты сказал? — от изумления Динка аж подскочила."

"— Что слышала! — сузив глаза, прорычал Шторос. — Или ты думала, что я за твою выходку тебя по головке поглажу?

— Уже погладил, — фыркнула Динка, вспоминая отчего она проснулась.

 — Эй, вы куда?

— Смотри, сильно не усердствуй, — напутствовал Штороса Дайм, поднимаясь с пола.

Хоегард в ответ на умоляющий Динкин взгляд хмуро посмотрел на нее и отвернулся. Тирсвад тоже глянул на нее с непроницаемым выражением на лице, но Динке показалось, что в его глазах промелькнула жалость. Они это серьезно?

Варрэны потянулись к выходу из кают-компании, плотно закрывая за собой дверь.

А Шторос неспешно расстегивал ремень на своих штанах.

— Ты это серьезно? — Динка попятилась, озираясь. В комнате никого, кроме них не было. Сколько же она опять провалялась без сознания? И куда делись матросы, наемники и капитан? В помещении кают-компании были только они вдвоем со Шторосом. Кажется, их сюда как принесли после происшествия, так они здесь и были все время.

— Более чем! Прямо сейчас, козочка, пока я не начал тебя пороть, ты попробуешь объяснить мне, что творилось в твоей безмозглой голове, когда ты прыгнула в пасть к змею, — он грозно надвигался на нее, похлопывая сложенным пополам ремнем по ладони.

 — И сделаешь это так, чтобы я тебя понял. Паника захлестнула ее, словно морская волна. Она не могла отвести взгляда от ремня в его руке. Она снова была маленькой беспомощной девочкой, и разъяренный Ливей хватал первое, что подворачивалось под руку, чтобы наказать ее.