Вы знали об этом?
— Да, — вздохнул старик, — он говорил мне об этом. Ему дал санкцию на сбор подобных материалов мой брат.
— Почему?
— Не знаю. В последнее время в банке творилось что-то неладное. Мой брат и Вадати старались понять, что происходит. Часть закрытой информации стала уходить к конкурентам. Иногда случались необъяснимые вещи. О закрытых проектах узнавали журналисты.
— Вадати пытался проводить собственное расследование?
Симура тяжело вздохнул:
— Я знал, что ты докопаешься, рано или поздно. Да, он проводил собственное расследование.
Но ему помешали. И я хотел знать, кто именно ему помешал. И кто убил Сэцуко. Кто стрелял в моего брата…
Устав от длинного монолога, старик закрыл глаза. Потом спросил:
— Что еще тебя интересует?
— Сэцуко звонила кому-то в Осаку в день своей смерти. Дважды звонила и разговаривала с кем-то из офиса банка в Осаке. Я проверил. Оттуда был несанкционированный доступ в закрытую систему банка. Сегодня мне должны сообщить имя человека, который получил доступ, применив свой личный код.
— Я не знаю, с кем она могла говорить, — ответил Симура.
— Больше у меня нет вопросов, — поднялся со стула Дронго.
Симура открыл глаза.
— Знаю, что тебе трудно, сказал он, глядя на Дронго. — Чужая страна, чужие люди. Но только ты… только ты можешь понять эту проблему…
Он снова закрыл глаза. Дронго поспешил выйти из палаты. В коридоре он кивнул медсестре, и она поспешила вернуться к больному. Врач вопросительно взглянул на Дронго.
— Спасибо, — чуть наклонил голову Дронго, — вы мне очень помогли.
— До свидания, — так же вежливо наклонил голову врач.
Дронго спустился на первый этаж, подошел к Тамакити.
— Позвони Мицуо Мори, — предложил он задумчиво. — Мне кажется, у него уже должны быть какие-то результаты.
Тамакити кивнул, доставая свой мобильный телефон. Набрав номер, он подождал, пока ответил Мори. И спросил его по-японски. Затем переспросил. И, поблагодарив Мори, убрал аппарат.
— Он сейчас на совещании, — сообщил Тамакити. — Говорит, уже знает, кто знакомился с закрытой информацией.
Но просил перезвонить попозже.
— Неужели он не может сказать нам имя? — с досадой спросил Дронго. — Поедем к ним в банк.
— Нельзя. — Тамакити показал на выход. — Нас ждут двое сотрудников полиции. Они должны проводить нас до дома. Они не разрешат вам появляться в банке.
— Получается, меня взяли под домашний арест. — Дронго вздохнул. — Опять придется перелезать через забор соседей. Их собака уже чувствует меня на расстоянии.
