Глазница Дракона — когда-то великий потухший вулкан, который изрыгал из себя потоки расплавленной железной руды. И извергал ее в сторону своего скоса, а значит на Лакаст. И это извержение обогатило его металлами. В самом жерле образовалось озеро необычного мутноватого лазурного цвета — Око Дракона. В этом озере не вода, а драконья слеза, жгущая жидкость, что разъедает металл, плоть, дерево, только стекло, некоторые драгоценные металлы и камни остаются целым при соприкосновении со слезой дракона. Над поверхностью Ока клубится ядовитый туман.
Но он не поднимается выше чем на пару метров и монастырь, стоящий на одном из высоких склонов Глазницы не страдает от этих испарений.
Наверх ведет дорога, которая обвивает Глазницу как змея. Подъем достаточно крутой и занимает не менее суток на лошадях, а то и более. Те, кто живут в низинах и не привыкли к горному воздуху, вынуждены будут останавливаться, чтобы их дыхание могло настроиться на очередную высоту. Но наш Замок Борро тоже стоит на вершине, поэтому этот воздух привычен для нас.
И мы двигаемся без остановок. Только немного даем отдохнуть лошадям.
Дорогая не слишком широкая, едва ли проедут в ряд трое всадников.
С одной стороны — отвесный склон, с другой — пропасть. И на каждой версте установлена обвальная закладка — груда валунов, удерживаемая деревянным поддоном в вертикальном состоянии. Выбей опору и огромные валуны покатятся, сметая идущих следом. Капитул не взять приступом. Обвальные закладки — это только первая линия защиты и не самая смертоносная.
Дорогу пронизывают высохшие устья неглубоких, но многочисленных ручейков. Дно этих устьев спекшееся и черное. Если Капитул открывает плотину, то эти каналы заполняются слезами дракона. Слезы могут сочиться по дороге месяцами, при желании Капитула, выжигая все на своем пути и травя ядовитыми испарениями. Но и это не всё…
— Когда этот путь уже закончится, — устало ведет плечами Таара.
— К ночи приедем.
— Плохая была идея провожать нас, — с сочувствием смотрит на неё брат.
— А вдруг я смогу зайти как сопровождающая? Может же быть у Шейлы две сопровождающих? — посматривает она на сестру.
Шейла, сидя верхом на сером в яблоках жеребце, смотрит перед собой так, словно спит. Подол ее подбитой мехом накидки закрывает круп жеребца. К ней всегда приставлена пожилая нянька. И сейчас она тоже едет за ней следом, устало клюя носом. Мы уже близко, монастырь виднеется своими башнями и каменными стенами.
Сзади едут Отец, Дядя Арай и тётя Робин.
