Путешественница

 — Что же, неужто вы не знали, что на Каллоденском поле я встретил лорда Мелтона?

— Знал. Я сам сражался при Каллодене. — Шахматный триумф Грея теперь совершенно не радовал. Майор осознал, что от дыма его несколько мутит. — Однако я не предполагал, что вы вспомните его и что вы знаете о нашем родстве.

— Этой встрече я обязан жизнью и, конечно, никогда ее не забуду, — сказал Фрэзер.

Грей прямо посмотрел на собеседника.

— Насколько мне известно по пересказам, тогда вы не казались особенно благодарным моему брату.

Фрэзер твердо сжал губы, но сразу же успокоился.

— Это так, — тихо произнес он и грустно усмехнулся. — Видите ли, ваш брат никак не хотел отправлять меня на расстрел. Он решил, что его долг — оставить меня в живых, а я в то время не считал эту милость благом для себя.

— Вам хотелось, чтобы вас расстреляли?

Шотландец уставился на шахматную доску отсутствующим взглядом: он, похоже, унесся мыслями куда-то далеко.

— Полагаю, в тот момент у меня имелась для этого причина, — тихо промолвил он.

— Что за причина? — спросил Грей и, поймав на себе внимательный взгляд, торопливо добавил: — Не сочтите это нахальством, просто мне и самому тогда пришлось пережить нечто подобное. И кстати, наши с вами разговоры о Стюартах не привели меня к убеждению, что поражение их претендента было способно привести вас в подобное отчаяние.

Фрэзер чуть улыбнулся и согласно наклонил голову.

— Многие из моих товарищей шли на бой, ведомые любовью к Карлу Стюарту или верностью к нему как к единственному законному королю.

Затем шотландец прервал объяснения; Грей печально посмотрел на шахматную доску и начал:

— Я говорил, что переживал тогда нечто похожее. В той битве я потерял друга.

Он удивился сам себе: почему вдруг он заговорил о Гекторе именно с этим человеком, тем, кто бился на смертном поле, прокладывая себе путь мечом, может быть, тем самым мечом, что…

Однако Грей не мог заставить себя замолчать: ведь ему не с кем было поговорить о Гекторе.

— Мой брат Хэл… заставил меня посмотреть на тело, — неожиданно произнес он.

Он посмотрел вниз, на палец, где светился синий сапфир Гектора, похожий на тот, что нехотя отдал ему Фрэзер, только поменьше.

— Он сказал, что я обязательно должен увидеть его, что, пока я не увижу друга мертвым, я никогда полностью не приму его гибель.