Путешественница

Неизвестный автор уверял: «Любовные приключения, возбуждающие желание! Безбрежная, как Карибское море, страсть!» Вот это да, «Карибское море»! Кажется, именно то, что нужно, чтобы развеяться.

Я открыла книгу наугад — на сорок второй странице.

«Надменно передернув плечиками, прекрасная Тесса отстранилась. Движение юной девушки заставило опуститься декольте ее дорогого платья, от чего ее груди предстали обозрению.

Изумленный Вальдес расширил зрачки, однако больше ничем не выдал своего восхищения хорошенькой блондинкой.

— Сеньорита, нам представляется чудесная возможность узнать друг друга получше. — Страсть, передавшаяся его голосу, вызвала в Тессе волну невольного сладострастия.

— Я не вожу знакомств с господами пиратами — вы отпетые негодяи! — Девушка бесстрашно обличила его.

Вальдес сверкнул жемчугом зубов и коснулся запоясного ножика, блестевшего благородной сталью. Прекрасная пленница впечатлила его отвагой и силой чувства, но более всего прельстила своей красотой».

Удивленная, я продолжила читать: все-таки текст захватил меня.

«Вальдес повелительно прижал девушку к себе, беря губами ее нежное ушко.

— Сеньорита, вы, должно быть, запамятовали, что являетесь трофеем и пиратский предводитель сам решает, как с вами поступить, — вкрадчиво проговорил он.

Тесса, сжатая силой его рук, не смогла освободиться, и он легко поднял девушку. Оказавшись на расшитой ткани, покрывавшей кровать, она ужаснулась, представляя, что ждет ее. Тем временем Вальдес снимал с себя одежду, вначале бархатный плащ цвета лазурита, затем тонкотканую белую рубашку с кружевами.

Наблюдая за ним, Тесса отметила его прекрасное телосложение; мышцы пирата играли под гладкой кожей. Дотронувшись до застежки пояса, бронзовой, как и его тело, Вальдес остановился, и испуганная девушка замерла, впрочем, желая почувствовать эту бронзу пальцами.

Пират учтиво произнес:

— Мой кодекс не позволяет предоставлять даму скуке. Разрешите…

Он склонился над девушкой, улыбаясь, и Тесса ощутила, как его сильные ладони сжимают ее груди.

Вальдес наслаждался их упругостью, нимало не смущаясь тем, что от чувственной плоти Тессы его отделял легкий шелк. Девушка вскрикнула и попыталась спастись в кружеве пуховых подушек.

— Изволите мне противиться? Я сожалею, но ваше прелестное одеяние будет безнадежно испорчено.

Он резко рванул шелк ее корсажа, разведя ладони в стороны, и альпийский пейзаж, доселе скрываемый жадеитом, предстал взору вполне».