Путешественница. Книга 2. В плену стихий

Дверь отворилась, и на пороге появилась миловидная женщина с приветливым, добродушным лицом и глазами, в которых светилось откровенное любопытство.

— Доброе утро, — сказала она, чуточку смущаясь. — Прошу прощения, что не позаботилась о вас раньше: я была в городе и прослышала о вашем… прибытии (это слово было произнесено не только с запинкой, но и с бесхитростной улыбкой) только по возвращении, прямо сейчас.

— Мы должны сердечно поблагодарить вас, мадам, за ваше доброе отношение, — произнес Джейми, поднявшись и отвесив ей церемонный поклон, но по-прежнему не выпуская моей руки.

Женщина слегка зарделась и ответила на поклон неловким реверансом. Молодая, скорее всего чуть-чуть за двадцать, она смущалась, явно не зная, как вести себя с незнакомцами.

— О да, — последовал утвердительный ответ. — Мои слуги забрали их с корабля; сейчас они на кухне, подкрепляются чем бог послал.

— Сердечное вам спасибо! — искренне воскликнула я. — Не знаю, чем и отблагодарить вас за любезность.

Женщина порозовела от смущения.

— Не стоит благодарности, — пробормотала она и, бросив на меня застенчивый взгляд, добавила: — Мне следует попросить прощения за дурные манеры, мадам, я ведь даже не удосужилась представиться. Меня зовут Пэтси Оливер, то есть, конечно, миссис Жозеф Оливер.

Она переводила взгляд с меня на Джейми и обратно, явно ожидая ответного представления.

Мы с Джейми переглянулись. Куда же, в конце концов, нас занесло? Миссис Оливер, конечно же, англичанка, тут уж сомневаться не приходится, а вот у ее супруга имя французское. Залив никакого ключа к разгадке не давал: это мог быть любой из Наветренных островов — Барбадос, Багамы или Андрос — и даже Виргинские острова. Или, подумала я внезапно, ураган мог отнести нас не на север, а на юг. В этом случае мы могли оказаться на Антигуа, Мартинике или Гренадинах — в тех местах, где не продохнуть от кораблей британского военного флота.

Наша собеседница ждала. Джейми сжал мою руку еще крепче и набрал воздуха.

— Знаю, миссис Оливер, что этот вопрос может показаться вам странным, но не будете ли вы любезны сказать, где мы?

Брови миссис Оливер поднялись до самой кромки волос надо лбом, и она удивленно заморгала.

— Ну, мы… это… Мы называем это место «Жемчужный».