Онлайн-библиотека книг
– В основном северные острова населяют не люди и не собаки, а птицы, – сказал Дед Мороз. – Там они кормятся, выводят потомство и растят птенцов. Есть целые птичьи поселения, которые называют птичьими базарами.
– Базарами?..
– А чем они торгуют?
– Яйцами?
– Пухом?
– Рыбой?
– Сам ты «рыбой»!..
– Тише, – успокоил снеговиков Дед Мороз. – Птицы ничем не торгуют. А называются птичьи колонии так, потому что птицы шумят и кричат, как на базаре. Или как некоторые ученики, когда учитель вышел из класса…
Снеговики смутились и замолчали.
– А собачьи острова всё-таки есть, – шепнула Фуфику Синичкина. – И Ньюфаундленд, и Шпицберген. Там наверняка живут какие-нибудь собаки!
Кроме географии, занимались путешественники ещё и английским. Особенно старательно учил его Пряжкин. После встречи с ледовым патрулём он решил во что бы то ни стало освоить английский язык и всюду ходил со словарём.
– Врага надо понимать с полуслова, – объяснял он товарищам.
– Какого врага? – интересовались все.
– Любого. – Матрос Пряжкин поднимал вверх большой палец и спрашивал: – Вот скажите мне, что означает «ВО»?
– Понятно что.
– Это у нас ОТЛИЧНО и КЛАССНО, а у них в английском «ВО» – это «ВОЙНА»! Очень хитрый язык. А знаете, кто такой СЕМЁН?
– Имя, наверное.
– Не имя, а «моряк»! «СЕМЁН»!
– Не «СЕМЁН», а «СИМЭН», – поправила его Сорокина.
– Всё равно наш язык лучше, чем английский!
– Чем лучше?
– Чем английский, – упорствовал Пряжкин. – Но я его всё равно выучу…
Ещё одним предметом, который снеговики сами захотели изучить, стал морской язык.
Теперь уже никто, даже Фуфик, не путал нос и корму, швартовы и ка́бельтовы. Щенок присутствовал на всех занятиях и старался не отставать от других учеников. Особенно ему нравилось слово «аврал»! Только случая использовать его пока не представлялось.
Это слово так вошло ему в голову, что однажды он залаял во сне.
– АВ-АВ-АВРАЛ! – заливался Фуфик, переполошив всю команду.
Снеговики повыскакивали на палубу:
– Что?.. Что случилось?
– Ничего, – смутился вестовой. – Приснилось…
– Глупость, как и чрезмерная учёность, до добра не доводит, – вздохнул Пират.
Обругав учёного Фуфика, все разошлись по каютам.
