Путешествие на айсберге

Фуфик тем временем оклемался и выглядел даже веселее обычного, так как оказался в центре общего внимания.

– Ты как, Фуфик?

– Нормально, только горло немного болит, – вилял хвостом вестовой.

– Вот это и называется экологической катастрофой, – сердито сказал Дед Мороз. – Люди выбрасывают пустые бутылки в воду, рыбы кидаются на блестящий пластик, думая, что это корм. А потом им давятся люди и собаки! Надо будет позвонить Снегурочке и попросить, чтобы она сообщила координаты острова…

– Кому?

– Есть специальные экологические службы, которые уничтожают такие острова: вылавливают мусор сетями, а потом вроде сжигают его.

– А может быть, не надо звонить, – попросила Синичкина.

– Почему? – удивился дед.

– Там живут четыре чайки: Джо, Натан, Ли и Винстон, – объяснила снегови́чка. – Если их остров уничтожат, где они будут жить?

– А если не уничтожить, то будет гибнуть рыба, люди и честные Фуфики! – сказала Берёзкина.

– Верно, – поддержал её Чугунков. – А эти помоечники найдут себе какой-нибудь другой остров.

– А если не найдут?

– Пусть учатся добывать еду как все. А то они уже и летать почти разучились…

– Опуститься легко, а вот подняться сложнее, – изрёк Старометёлкин.

Дед Мороз почесал в затылке:

– Вопрос серьёзный. Так что будем делать: сообщать или не сообщать?

– А давайте поставим вопрос на голосование, – предложила Берёзкина.

– Давайте! – согласились все.

– А я против, – сказал Мерзлякин.

– Ты всегда против, Мерзлякин, – зашумели снегови́чки. – Из вредности.

– Погодите, – поднял руку Дед Мороз. – Почему ты против?

– Ты ведь сам говорил, что каждый должен отвечать за свои поступки.

– Говорил, – кивнул дед.

– Значит, у кого телефон, тот и должен решать: звонить или не звонить?

Все растерянно посмотрели на деда.

– Мерзлякин прав, – улыбнулся Дед Мороз. – Я капитан. Мне и решать… Поэтому – всем в койку и отбой!

Никто не стал спрашивать, звонил дедушка Снегурочке или нет. Но все были уверены, что он принял правильное решение.

Глава 16

Великий раскол. Подвиг матроса Морковкина

Подходил к концу третий месяц плавания. Океан обсосал айсберг, как огромный леденец. От «Великого Устюга» осталась льдина размером с обычный небольшой пароход. Семьдесят пять метров в длину, двадцать пять в ширину и десять в высоту. Чайников подсчитал, что размеры уменьшились почти в сто раз…

Правда, плюсовая температура закончилась, и ночами случались заморозки. Однако айсберг продолжал подтаивать.