Путешествие оптимистки, или Все бабы дуры

Его болтовня разрядила и успокоила меня. Ко мне вернулось хорошее настроение. – Марат, а почему этот Сеня, москвич, кандидат наук, говорит как местечковый еврей? Он всегда так говорил?

– Да нет, это, наверное, для колорита, или гены взыграли. Тебе тут нравится?

– Да, вот если бы он еще поменьше болтал!

– Сейчас просто очень рано, посетителей мало, а потом ему будет не до нас.

Мы сидим и молча смотрим друг на друга. Его глаза по-прежнему прекрасны, они завораживают меня, в них неподдельная боль.

И что-то еще… Что же это? Неужели любовь?.. Неужели я оказалась права и он все эти годы помнил и любил меня? Несчастный человек – из трусости похоронил в себе любовь, а она через двадцать лет все-таки рвется наружу… Да нет, вероятно, мне просто хочется тешить себя этой мыслью…

– Кира, ты простила меня?

– Считай, что простила, как это у юристов называется – за давностью. Знаешь, я столько раз представляла себе нашу встречу, так мечтала все тебе высказать, а сейчас вот почему-то не хочется.

– Но ты же все высказала в том письме, – не без ехидства произносит он.

– Разве ты в свое время не написала письмо в партком?

– Я? В партком? Да ты в своем уме?

– Ну, ты не адресовала его в партком, но оно туда попало. И я был уверен, что ты все так и задумала.

– Что? – взвилась я. – Я задумала послать письмо в партком? Да, я помню, я написала тебе письмо, это был акт отчаяния, попытка поставить точку, но при чем здесь партком?

– При том, что кафедра моя была засекречена и все личные письма автоматически попадали в первый отдел.

Твое письмо тоже туда попало, а оттуда его передали в партком! Спасибо, секретарь парткома был свой парень, а то у меня могли быть большие неприятности.

– Но ведь из этого письма следовало только, что какая-то бабенка в тебя влюблена, а ты, как высокоморальный советский человек, ее отвергаешь.

– Да, но оттуда еще следовало, что у нас с тобой что-то было, а моя жена, между прочим, работала в том же институте.

– Воображаю, как ты струсил!

– Боже мой, Марат, неужели ты настолько не разбираешься в людях, что подумал, будто я решила отомстить тебе с помощью партийной организации? Извини, я полагала, что ты умнее. Еще одной иллюзией меньше.