Путешествие оптимистки, или Все бабы дуры

– Ну конечно, налетай! Хотя погоди, перво-наперво подарок от меня!

Я привезла ей модное светло-синее платье с большим вырезом и белой отделкой.

– Мамсик! – завизжала Дашка. – Я его сегодня надену. Ой, какая прелесть! Как мне идет! Смотри, и сидит как влитое! Как же ты мне угодила, мамулечка!

– Ну давай, смотри дальше!

– Нет, сначала мой подарок тебе. Вот!

Она подала мне маленькую коробочку, вернее, ювелирный футляр. Когда я его открыла, слезы так и брызнули у меня из глаз – в футлярчике лежало колечко, тоненькое золотое колечко с малюсеньким изумрудом, почти совсем такое, как я когда-то продала.

– Дашенька, так ты знала?

– Конечно, знала и тогда же сказала себе, как только у меня будет возможность, первое, что подарю маме, – такое колечко!

– Данечка, но ведь это, наверное, дорого?

– Нет, мамуля, тут все эти цацки куда дешевле, чем в Москве. И потом, разве в этом дело? Ты рада, да, мамуля? Надень его скорее! Не мало? Нет?

– Я теперь всегда буду его носить не снимая!

Мы обнимались, целовались, смеялись, плакали – словом, нам опять было так хорошо вместе!

– Мамсик, ты купаться собираешься?

– А можно мне с тобой?

– Что за вопрос! Неужели ты отважишься лезть в воду?

– Ну не знаю, мне просто хочется еще побыть с тобой.

– А ты чего в такую рань нынче встала?

– Не терпелось отдать тебе кольцо и вообще начать день рождения, двадцать лет как-никак.

По дороге она вдруг спросила меня:

– Мамуля, а что ты наденешь?

– Сама не знаю, вообще-то я хотела белый костюм, но…

– Нет, белый костюм Марат Ильич уже видел.

– А при чем здесь Марат Ильич?

– А при том, что, если ты на свидание к нему надела такой шикарный костюм, значит, хотела сразить его наповал!

– Мамуля, ну скажи, у тебя с ним что-то было, это ведь неправда, что у него был роман с Алевтиной? Ну, мама, я ведь видела, как он на тебя смотрел. И на меня…

– Мамуля, только не сердись, ты же знаешь, как я ко всему этому отношусь, ну скажи, это он, да?

– Это он, мой… отец? Да?

Она смотрела на меня синими, его глазищами.

– Данечка, тебе это так важно?

– Ага, значит, я права, это он! Ты спрашиваешь, важно ли, да нет, теперь уже не важно… но все равно, ужасно интересно посмотреть на своего отца, познакомиться с ним…

– Но ты уже познакомилась… – ляпнула я, и разговор из теоретического стал уже вполне конкретным.

– Эх, мамуля, была у тебя одна тайна и ту я разоблачила. Ты не сердишься?

Посреди пустынной в субботнее утро улицы она повисла у меня на шее.