Путевой светлячок

Да и лошварам отдых не помешает и самостоятельно поохотиться тоже — пар спустить, — успокоил Рейн.

Он ловко спрыгнул на землю, а потом, обхватив меня за талию, спустил вниз. Горячие большие ладони задержались на мне чуть дольше, чем позволяли приличия светлейшего двора эльфов. Но это было давно и уже все равно, большую часть нашего совместного пути я ощущаю его руки на своей талии. И честно признаться — мне приятно. Рейн зачастую и своим хвостом меня придерживал, обвивая вокруг талии. Иногда, осмелев, клала на него свои ладони, а то все время возникала проблема, куда руки деть.

Они постоянно, непроизвольно тянулись потрогать слишком притягательный мужской хвост… Тем более, такая возможность сама в руки просится — целый хвост в прямой доступности, а главное, не придерешься — держаться то мне надо за что-то.

— А у нас мыла нет! Мы с Хемом мыльным корнем пользовались, — тоскливо сказала я.

— У нас имеется, не переживай! — тут же рядом возник улыбающийся Дартвааль.

Рейн смерил своего спутника странным пугающим взглядом, но ничего не сказал.

Отстегнув сумки и седло, отнес их к месту будущего лагеря."

"— Хочешь, помогу тебе спинку потереть? — вкрадчиво, вплотную приближаясь, мурлыкнул Дарт, вынуждая уже привычно покраснеть от недвусмысленного предложения.

— Спасибо, я сама справлюсь! — пробормотала я, ловко скользнув мимо него.

Подошла к Хему, и мы, держась хвостами, направились к озеру. Вода оказалась на удивление теплой, а дно — не глубоким. Кое-где были заметны булькающие пузырьки воздуха, выходящие на поверхность воды из подземных ключей.

— Красота! — восхищенно выдохнула я.

Наклонилась к земле, вырастила магией яркий цветочек, сорвала и вставила за ухо Хему. Мальчик кинулся к воде любоваться делом моих рук.

— Красота! — повторил он, глядя на свое отражение и касаясь пальцами красных лепестков, — я тоже так хочу научиться!

Села рядом с ним, прижала к себе и, глядя на наше общее отражение, пояснила:

— Ты не сможешь Хем! Это не твоя магия! Только маг жизни или земли из эльфов, такое может вырастить, — довольный демоненок приуныл, — зато я не могу вызвать огонь как ты или что-то сломать, например — камень.

Я могу только исцелять, а ты можешь практически все, и ты — мой главный защитник.

— Ты сказала воровать — плохо, убивать — ужасно, только ради еды при необходимости можно, да защищая собственную жизнь, а если я что-то сломаю, ты меня не разлюбишь? — глядя на меня своими черными полночными глазами, спросил Хем.