Пыль моря (СИ)

На мачте посменно торчали самые глазастые матросы, высматривая добычу.

Шли уже Тайваньским проливом. Ночью миновали остров Хайтаньдао и на рассвете заметили одинокий парус. Заиграл рожок, матросы высыпали на палубу. Вдали смутно виднелся тёмный парус спешащей к северу джонки. Господин Ли долго смотрел на него в зрительную трубу и наконец с энергичным взмахом руки отдал приказ менять курс. Джонка, накреняясь на правый борт, развернулась и пошла наперерез видневшемуся парусу.

Часа три длилась погоня, пока не стало ясно, что купцу не уйти.

Он лёг в дрейф и стал ожидать своей участи. Легко подтянули борта, и разом палуба купеческой джонки заполнилась вооружёнными матросами.

Мишка со своими тоже не отставал, помня, что за ними могут следить. Он бешено носился по палубе, вязал матросов и тащил ценности. Друзья тоже из кожи лезли, но поскольку сопротивления никакого не было, то и подвигов никаких совершить не удалось. Мишка даже рад был такому и с весёлым лицом старался вовсю.

В полчаса всё было кончено.

Капитан решил, что купец, маленький перепуганный китаец, сторонник маньчжуров, и приказал запалить джонку с находящейся на ней командой. Вопли и стенания никого не тронули, а пираты весёлыми криками провожали своих соотечественников к предкам.

На палубе громоздилась гора самого дорогого товара. Проворные руки уже сортировали его по пригодности и ценности. Каждый матрос получил по чашке ханшина и кусок шелка, который мог годиться только на кушак или повязку на голову. Однако все радовались и славили капитана и его отвагу.

А товар снесли в трюм и плавание продолжалось.

Мишка часто оглядывался на уменьшающийся столб дыма на горизонте и радости не испытывал. Бессмысленная жестокость не располагала к веселью. Он с содроганием вспоминал своё пленение и сознавал, что ему с товарищами ещё очень повезло.

Свежий восточный ветер прижимал пиратов к берегам материкового архипелага, и капитан опасался встречи с военными кораблями цинов. Приходилось часто менять галсы[1], вся команда была занята на снастях.

К вечеру опасения капитана подтвердились. С запада показались паруса трёх больших джонок. Они медленно приближались. С одной из них донёсся пушечный выстрел, светлое дымное пятно укрыло часть передней джонки. Это был сигнал лечь в дрейф для досмотра.

Тайванцы и не думали ложиться в дрейф. Матросы сбивались с ног, выполняя команды, работали с канатами, фалами да брасами. Джонка лавировала, меняя галсы, но неприятель приближался.