Пыль моря (СИ)

Это его несли в носилках, а вокруг толпились слуги, охрана и множество разной челяди. Мишка с интересом смотрел с высоты своего роста на чудную процессию. Толпа зевак кланялась и подобострастно складывала руки.

Между занавесок мелькнуло лицо флотоводца Тайваня, но рассмотреть его черты Мишке не удалось. Лицо только показалось слишком белым и полным. Но удивляться нечего. Здесь полнота считалась достоинством и почиталась, как признак достояния и власти.

Шумная процессия миновала, и матросы продолжали путь, пока не остановились в маленькой харчевне с крохотными оконцами и низенькими столиками.

Хозяин тотчас стал выставлять закуски, ханшин, пальмовое вино. Все занялись приятным насыщением, после стольких недель скудного и однообразного рациона морских бродяг.

Мишка плохо слушал разговоры товарищей. Ныла рана в ноге, он её растревожил ходьбой, да и поесть уж очень хотелось. Однако вскоре к ним подсели старые приятели матросов. Интересовались Мишкой, бесцеремонно разглядывали его огромную фигуру.

Сокрушались, что их кумир Биншенг погиб в последнем бою и удивлялись победе Мишки над ним. Затем стали обсуждать новости.

Мишка насытился, выпил незнакомого вина – не понравилось. Стал осматриваться и разглядывать собеседников. Это были молодые матросы с джонок, стоящих в ожидании задания на поход к берегам Фудзяни или Гуандуна. Куда потребуется начальству.

Из разговоров Мишка понял, что на Тайване происходит свара между власть имущими. Идёт борьба между сторонниками старого Чжэн Цзиня и его молодым сыном Кэ-цзином.

Говорили, что разгорелась борьба между сановниками первой величины Лю Го-суанем и сторонником Кэ-зуна Чэнь Юн-хуа. Судачили без всякого признака подобострастия к владыкам. Это удивило Мишку, и он стал слушать внимательней.

Вспоминали страшное поражение тайваньского флота от цинов в районе Чуньси, где пропали тысячи моряков. Ходили слухи о готовящемся походе на острова Сямэнь и Цзыньмынь. Там отбивали атаки цинских войск их товарищи по борьбе. И тут Мишка не заметил особого рвения.

Чувствовалось, что все устали от длительных походов и боёв. Счастье постепенно стало отворачиваться от правителей Тайваня, и это угнетало простых воинов и моряков. Тихонько поругивали Цзян Цзы за его нерасторопность в морских операциях, кляли своих лаод – начальников морских отрядов и капитанов. Эти начальники стали откровенно заниматься своим обогащением. Крестьяне берегового Китая роптали на слишком большие поборы и налог.