Пыль моря (СИ)

Это она, проклятая!» – но другой голос исподтишка нашёптывал гнусным, противным писком: «Это не оправдание. А где твоя к ней любовь? И разве можно теперь говорить о любви? Одна грязь!»

На Мишку нахлынула злоба на коварную туземку. Он возненавидел её, но кроме округлых грудей ничего не мог представить. Даже глаза её у него не вызывали никакого впечатления и он даже вспомнить их не мог.

Мишка лежал с открытыми глазами на крохотном песчаном пляже наполовину погруженный в воду. Она была тёплой, не то, что в его родных и, таких далёких, местах.

В такой воде почти невозможно замёрзнуть. Он часто пил жадными глотками и не мог напиться.

Вдруг он услышал далёкий зов. Он узнал голос Хитоси. Тот искал друга, и Мишке стало приятно, что есть на свете друг, которому он не безразличен, который не задумываясь пойдёт за ним в самое опасное место, и никакой благодарности или платы требовать не будет.

Немного подождал, прислушиваясь к крикам Хитоси. Потом свистнул и полез на берег. Вода текла с одежды.

Торопливые шаги приближались, в свете звёзд Мишка увидел коротенькую фигурку японца.

– Где пропал? Полночи ищу. Беспокоюсь, а ты здесь. Пойдём спать. Не тревожь себя думами.

– Я уже иду, Хит, не волнуйся. Но засну ли?

– Ничего. Сон свалит тебя. Время ещё есть. Только за полночь перевалило. Отдохни немного.

Хитоси отечески обхватил Мишку за спину, и они пошли к отведённому им дому. Мишке стало хорошо и легко, он радовался, что Хитоси не лез с разговорами и расспросами.

Чувство признательности распирало грудь, и Мишка с чувством глубокой благодарности обнял мускулистые плечи маленького верного друга.

Два дня Мишка старался избегать призывных глаз Ани. Он зол был и на себя и на неё. Чувствовал, что устоять против неё у него не хватит сил. Он не находил себе места и сам удивлялся своему состоянию.

Дато Буканег стал, как казалось Мишке, подозрительно поглядывать на него, и это не удивляло Мишку. Вряд ли можно удержать в тайне его отношения с Ани.

Мишка постоянно находился под напряжением и ожиданием неотвратимой беды.

И всё же он покорно поплёлся за Ани, когда она повстречала его недалеко от хоромов дато.

Глаза её куда-то проникали внутрь души, когда она заговорила. И хоть Мишка не понял ни слова, но красноречивые жесты убедили, что она требует от него посещения её половины дома. Он хотел отвернуться и уйти, но что-то властное и неодолимое толкало его за женщиной, и он покорно шёл.