Пыль моря (СИ)

Мишка подошёл, его встретили равнодушные взгляды стариков. Один помоложе поднялся и пристально глянул на Мишку.

– А, это ты. Узнал тебя. Забыл, как звать. А мы вот тут.

– Где все остальные, дед? – вскричал Мишка, не в силах подавить страх и смятение.

– Э, голубчик! Уже никого не осталось. Все к предкам отправились. Одни мы остались, горемыки.

– А Янхонг? – с замиранием сердца спросил тихо Мишка.

– Бог её знает. Она и двое молодух пропали на джонке проклятого Ли.

– Какого Ли? – не понял Мишка.

– Да вашего капитана, собачьего сына.

Вернулся несколько месяцев назад и стал требовать алмазы. Никто не дал, и тогда он всех перерезал, а трёх молодух забрал с собой. Вот так, голубь мой ясный.

Мишка с трудом соображал и никак не мог понять, откуда взялся проклятый капитан Ли.

– А это, видать, твоя дочка, голубь, – сказал старик и подтолкнул упирающегося малыша к Мишке. – Напугалась, родимая. Отца-то ни разу и не видала. Вот он папка твой, Фын. Не бойся, внученька.

Мишка отчуждённо посмотрел на ребёнка и за грязью не смог рассмотреть ничего знакомого в заплаканном личике.

Ничего не шевельнулось в груди, и он равнодушно отвернул растерянное лицо. В голове стучало, ноги отказывались слушаться. Он сел на траву и опустил голову.

– Одни мы остались, – бубнил старик. – Как дракон налетел. Едва нам с малыми удалось спрятаться. Да и то двое померли. Хорошие были детки.

Старухи тихо всхлипывали, размазывая грязь заскорузлыми пальцами.

– Молодых, так тех сразу порезали, а нас оставили. Но потом и за нас взялись, – продолжал монотонно скулить дед, – да мы оказались проворней.

Сюда забрались и схоронились. Долго нас искали, да не нашли. Так и ушли разбойники ни с чем. Но и людей не оставили.

Мишка слушал словоохотливого деда, но смысл слов до него не доходил. Он охватил раскалывающуюся голову руками и раскачивался из стороны в сторону. Из груди вырывались странные хлюпающие звуки. Потом он повалился на землю и затих.

Глава 66. Ярость капитана

Два дня Мишка бродил, не ощущая окружающего мира.

Потом что-то в нём перервалось. Он огляделся вокруг, и взгляд стал ярким и пронзительным. Он словно сбросил с себя покрывало, угнетавшее его эти дни.

«Что-то я вроде не в себе был», – пробормотал совершенно спокойно и с недоумением оглядел, море с бригом на якорях, матросов, варивших на кострах пищу, шлюпки, вытащенные на берег.

Он присел на песок и стал размышлять. Подошёл Хитоси и сел рядом. Осторожно поглядывал на Мишкино изменившееся лицо.