Пыль моря (СИ)

Помоги нам в этот великий праздник приятно провести время. Беседа – лучший способ понять друг друга. Мы принадлежим к двум великим народам, и нам не мешает пораньше понять себя в отношениях между нами.

Старик умолк и испытующе посмотрел на Мишку. Тот недоверчиво оглядывал комнату, не решаясь сесть. Тин-линь помог ему.

– Чего мнёшься, садись и не бойся. Дедушка добрый, и не хочет тебе зла. Он просто очень любопытен, и не упускает возможности поговорить о незнакомом и далёком. И ты для него самый подходящий собеседник.

Вот и сестра сгорает от того же любопытства.

Мишка бросил быстрый взгляд на миловидное лицо китаянки и отвернулся. Уж больно пристально смотрела эта расфуфыренная женщина на простого человека, это было неприятно и стесняло Мишку.

Тин-линь усадил пленника и стал ободрять. На низеньком столике уже слуга расставил чашечки и чайник, сладости, сушёные фрукты, цукаты. Старик взял со стола чашечку и подал Мишке.

– Слыхал, что у вас большие любители до ханшина. И пьёте его не такими чашками, но сейчас ты у нас в гостях, и я тебе для храбрости предлагаю выпить.

Сам я не люблю эту гадость, а ты можешь не стесняться. На, пей.

Мишка одним глотком осушил чашку. Все с интересом глядели на него. Тот сказал:

– Вы правы. У нас пьют не такими посудинами. Мы народ широкий. Мелочей не любим.

Мишка выпил ещё, и, осмелев стал отвечать на вопросы старика. Он увлёкся, воспоминания выплывали чередой. Иногда его сносило на русскую речь. Он спохватывался и начинал заново.

Вэй-си внимательно слушал и изредка задавал вопросы.

Восторженно цокал языком, часто мелкими глотками отпивал душистый чай и с наслаждением щурил глаза. Рука часто оглаживала длинные редкие усы, свисающие белыми космами по сторонам рта. Лицо сияло блаженством, тусклые глаза оживились и излучали радость.

В прошлом состоятельный чиновник и ярый противник маньчжурского владычества, он рано бросил службу и отошёл от дел. Сын же занялся торговлей и быстро преуспел в этом. Полностью поддерживая новых хозяев, он создал обширную клиентуру и пользовался известным доверием завоевателей.

Взятки и дорогие подарки делали своё дело, и род Дау процветал, укрепляясь при помощи маньчжуров в жестокой борьбе со своими многочисленными конкурентами.

Внуки Вэй-си не посрамили своего отца, и только Тин-линь оказался не у дел. Жил сам по себе и даже относился с презрением к торговым делам братьев. Те платили ему тем же. Зато дедушка души не чаял в младшем внуке.