Пыль моря (СИ)

Дождь перешёл в моросящий и нудный, путники продрогли. Один Мишка, работая на вёслах, не чувствовал холода.

Противоположный берег надвигался неясной тёмной полосой. Город в сетке дождя растворялся и сливался в тёмную громадину неясных очертаний. Солнце, видимо, уже село. Наступала ночь.

Редкие огоньки мутно желтели вдали. Лодка медленно удалялась от обжитых мест, держась ближе к правому берегу. Мишка устал и уступил вёсла И-дуну. Тот с силой навалился, стараясь согреться.

Часто меняясь, путники молча гребли в уже полной темноте.

Подошли к левому берегу. Тин-линь внимательно всматривался в берег. Боялся пропустить небольшой ручей, впадающий в реку. Но прошёл целый час, пока смогли догрести до ручья и забраться в его мелкие воды.

Дождь продолжал моросить, но сквозь ветви уже просматривались в отдалении редкие звёзды. Ветер шумел в вышине деревьев. Беглецы, дрожа всем телом, сжались в клубки в лодке и приготовились, к долгому ожиданию.

– Сколько хоть вёрст до города? – спросил Мишка, клацая зубами.

На душе было муторно.

Побег не удавался с самого начала. И куда теперь может занести его судьба? Злость и холод дополняли его мрачное настроение. Он злился на китайцев, на погоду, которая никак не хотела улучшаться, на Ювэя, которого предстояло ждать в такой дождь. И сколько может продлиться такое ожидание. И стоит ли ждать. Что может несмышлёный малец, когда здоровый мужик не всегда справится с таким заданием. Не глупость ли они делают.

– Приблизительно три или четыре ли, – неожиданно ответил Тин-линь.

и Мишка даже не понял сразу, о чём идёт речь.

– Далековато. Найдёт ли нас мальчишка?

– Ничего другого нам не остаётся делать, – ответил молодой китаец.

– Нет, я не согласен ждать здесь. Надо убираться подальше. Места людные, нас могут легко схватить. Пока ночь, надо двигаться подальше от населённых мест.

– Конечно на север, к Амуру. Там всегда помощь найти можно.

Дождь наконец перестал, воздух похолодел. Мишка ёрзал нетерпеливо, пытаясь согреться. Он ощущал мелкую дрожь соседа и сам дрожал.

Время тянулось нестерпимо медленно. Несколько раз вставали и ходили по кустам, махали руками и прыгали. Движение вяло согревало их, но в ту же минуту становилось опять холодно. Зубы ляскали, выбивая мелкую дробь. Разговаривать не хотелось. И есть тоже.

– Ханшина б сейчас туесок, – мечтательно пробурчал Мишка, но его никто не захотел поддержать.

– А может, костёр запалим, а? – не унимался Мишка. – Кто нас тут в такую пору искать станет? А погреться не мешает.