— Подумаешь — дракон! Вот некоторые после года супружеской жизни в диванного орангутанга превращаются. Лежат себе, скалятся и отросшее пузо почёсывают. И никто не разводится! А я такого мужика укусила… Тьфу! Упустила».
Говорят, что потерявши плачем, но это не про меня. В забеге к великому семейному благополучию мне не помешал ни корсет, будь он неладен, ни распухшие после тяжёлого дня ноги, ни лишние килограммы.
Я ещё не знала, как буду спасать своего дракона, но была готова свернуть горы и даже головы, если понадобится.
Но страшный грохот, раздавшийся со стороны сада, подсказал, что уже поздно пить Боржоми. Дракон приземлился!
На бегу сменила направление и прыткой козочкой (или бегемотиком?) ста десяти килограмм (и как я не похудела до сих пор с такими-то физическими упражнениями⁈) метнулась на грохот. Тот стих, и я, едва не задыхаясь, перешла на шаг.
Уговорила себя полежать в обмороке чуть позже, когда найду Стаца, и замерла при виде огромной тыквы, что раньше украшала мой огород, а теперь красовалась в саду господина Каета.
Хэллоуинская громадина обрела крышу. Ту самую, что сорвало с сарая. Дракона нигде видно не было.
— Ну вот, — искренне расстроилась я. — Упустила своё счастье.
И тут из тыквы выпал мужчина в странном плаще, и у меня ёкнуло в груди. Стац с трудом поднялся и, шатаясь, осоловело огляделся вокруг. Накидка, которую я сначала приняла за плащ, лежала внутри нашей «кареты».
При виде меня мужчина криво улыбнулся и подмигнул, но глаз тут же зашёлся в нервном тике.
А поднявшийся ветерок потревожил полы «плаща», приоткрыв обнажённое тело Ревска. Я машинально отметила, что на нём не было ни крови, ни ран. Только шрамы… Много шрамов!
В груди похолодело. Сколько же генерал вынес боли⁈
— Миледи, — хрипловатым голосом произнёс Стац, — теперь у меня нет от вас никаких тайн!
— Он ещё шутит, — пробормотала я и беспокойно огляделась. — Только бы никто не увидел!
Должно быть, сильный шум испугал прогуливающихся, и сейчас в саду никого не было видно.
Но это ненадолго. Когда поймут, что ничего страшного не произошло, набегут любопытствующие.
— Забирайтесь внутрь! — Я затолкала Стаца обратно в тыкву. — Нельзя показываться дамам в таком виде.
— А вам можно? — промурлыкал мужчина.
— Вы только что чуть душу не отдали Светлой Сеанат! — потрясённо ахнула я. — Почему светитесь, как лампочка Ильича?
— Хм, — он хитро покосился на меня. — В Реинхилде появился ещё один маг, заряжающий артефакты света? Это хорошо.
