Но конечно, шансов мало, ведь у гения бытовой магии нет портального амулета, а на браслете, купленном Даики, погасли все огоньки.
— Конечно, — мягко улыбнулась виконтесса и прищурилась. — Хочешь знать, где она была спрятана?
— Молчите, — зашипела мачеха Одэлиии. — Она же расскажет Ревску!
— Не смей меня затыкать, иначе не увидишь и медяка из денег, оставленных Огдэном дочери! — ледяным тоном проговорила виконтесса, но тут же улыбнулась и ласково добавила: — Она может рассказывать генералу карающего меча всё, что угодно.
Кто поверит словам попаданки, укравшей чужую жизнь? За одно то, что она без спроса жила в этом доме, ей полагается, если не ошибаюсь, десять палок. А может и казнь. Я не сильна в наказании простолюдинов.
Как же мне хотелось стереть эту улыбку с её холёных губ! А в душе было гадко от мысли, что, возможно, в деле о похищении королевской печати замешана и маркиза.
Понимая, что я в беде, всё равно переживала о том, как сильно будет страдать Стац.
— Королевская печать… — торжественно проговорила виконтесса и продемонстрировала в улыбке идеально белые зубы.
— Впрочем, так не интересно. Попробуй предположить, попаданка.
Я лишь пожала плечами, не желая плясать под её дудку. Шепнула Даики:
— Положи рюкзак. Тебе же тяжело! Согнулась в три погибели.
— Нет, — она упрямо мотнула головой. — Кабачки! Они могут сгореть! А на чердаке ещё семена сохнут. И чипсы!
Застонала от горя и покачнулась. Я же, понимая, что Даики скорее упадёт в обморок, но не выпустит из рук драгоценный результат нашего совместного труда, потянула за лямку.
— Тогда отдай, я подержу.
— А тебе не будет тяжело? — обрадовалась старушка.
— Да я и больше каждый день по осени таскала! — поделилась с ней.
— Посовещались, и хватит, — вмешалась Фарис. Она щёлкнула пальцами, и на пол полилось ещё больше пламени. — Говори, попаданка! Если угадаешь, так и быть, позволю тебе сбежать.
— Ага, побежала от лишнего веса, а он за мной, — проворчала я, осознавая, что если мне и дадут фору, то лишь для развлечения.
— Сидели на диете, знаем!"
"— Ведьма! — позвала виконтесса и поманила Даики. — Дай свою котомку.
Старушка, которая не расставалась с мешком, разве что выложила оттуда тяжёлый котелок, нервно прижала свои пожитки к впалой груди.
— Это моё!
— Отбери у неё, — приказала Фарис Женну, и лорд шагнул к нам.
— За кражу вещей ведьмы положено суровое наказание, — испуганно пискнула Даики.
— Ты не состоишь в гильдии, — прошипела Фуллия.
