Взбалмошной, избалованной, острой на язык, но не злопамятной.
Ее отношение ко мне — результат зависти графини. Слишком много внимания уделял мне отец. И слишком сильно любил мою мать. До сих пор. Графиня это прекрасно знала. Отец, чувствуя вину перед ней, откупался деньгами и подарками. В результате пострадала Ивенна, на характер которой повлияла вседозволенность.
Я не стала отвечать сестре колкостью на колкость. Прикрыла дверь, расправила плечи и решительно пошла в бальный зал. Мной вновь овладело предчувствие интересного вечера.
А Ивенна под моим надзором будет в безопасности, пусть ее это и не устраивает.
***
Огромные двустворчатые двери были гостеприимно распахнуты. Я медленно вошла в бальный зал, во все глаза рассматривая убранство. Огромные окна создавали иллюзию объема. Бело-голубые стены, отделанные позолотой, производили впечатление торжественности и роскоши.
В узких полосках зеркал, украшающих зал, отражались тысячи магических огней, сияющих на золотых канделябрах. Дубовый паркет под ногами буквально молил о том, чтобы нога в туфельке скользнула по нему в танцевальном па.
Я поймала себя на мысли, что осматриваюсь, как селянка, впервые увидевшая фонтан. Тут же взяла себя в руки и натянула на лицо маску вежливого интереса. Оглядела полупустой зал и заметила, как мне машет герцогиня Дакли. Я радостно улыбнулась и поспешила к ней.
— Приятно видеть вас так рано, — доверительно похлопала меня по руке герцогиня, когда я уселась рядом с ней на стул.
— И я рада вас видеть.
Сегодня с утра без вас мне было скучно, — проговорила я, расправляя юбку.
— О, действительно. Утром же собирали невест, — герцогиня наклонила ко мне голову, и перья, украшающие ее прическу, качнулись в такт. — Расскажите мне во всех подробностях, что там было!
Пока я припоминала все что видела, зал наполнялся людьми. К нам то и дело подходили здороваться. Вернее, подходили к герцогине, а заодно и ко мне. Таким образом, я оказалась представлена огромному количеству знати. Вот это, называется, затерялась в толпе!
Хорошо, что все смотрели на меня без особого интереса.
Вежливо кивали, видимо, принимая за продолжение герцогини. Неожиданно неприятно было чувствовать себя пустым местом, хотя именно к этому я и стремилась. Надо будет подумать на досуге об эмоциях, вспыхнувших во мне, и записать. Это может быть интересно.
— Дорогая Эмилия, — раздался над ухом хрипловатый голос герцогини Дакли, — вы задумались, а тем временем начинается самое главное.
