Пышка из другого мира, или Как стать стройнее всех

Звери порыкивали друг на друга, сражаясь за моё внимание, а я только и успевала почёсывать чешуйчатые животики и ушки.

Луитгард Бэкус округлил глаза, когда мы появились перед ним с двумя грисами. Одного я держала на руках, второй намертво вцепился в ногу орку. Ходить Гаррагу было явно неудобно, но не очень больно. Во всяком случае, вождь не морщился, а я больше переживала за животное, которое в столь неудобном висячем положении могло вывихнуть себе челюсть.

— Что это? — поморщился дракон.

Я же придирчиво рассматривала мужчину, лишь отдалённо похожего на вчерашнего многочлена.

— Простите, но это обязательно?

Указала на драконий хвост, змеёй скользящий по полу.

— Да, — безапелляционно выдохнул Луитгард и приподнял подбородок. — Я же дракон!

— Это бесспорно, но…

Оглянулась на орка в поисках поддержки, но Гарраг пытался отодрать от себя «клипсу» из гриса. Посмотрела на эльфа, но тот лишь широко улыбнулся и пожал плечами, поэтому вернулась к дракону и постаралась придать своему лицу восторженное выражение:

— Это не единственное ваше достоинство.

Физиономия Луитгарда удивлённо вытянулась, и я поспешила пояснить:

— Вы невероятный мужчина! Красивый, красноречивый, изысканный и о-очень сексуальный!

— Верно, — умилился дракон.

А вот Гарраг наградил меня таким взглядом, что в животе похолодело. Зато он отвлёкся от гриса, и тот успел разжать челюсти, поспешно отползая от грозного орка. Уверена, что зверь испугался гораздо сильнее, когда понял, кому сделал «кусь».

— Продолжай, человечка! — самодовольно велел Луитгард. — Восхваляй меня ещё.

— Это можно делать бесконечно, — иронично хмыкнула я. — Но у нас мало времени. Вы же не хотите опоздать с предложением руки и многочлена? То есть сердца!

— Что ты хочешь этим сказать? — нахмурился он.

— Эльфийская принцесса наверняка получает немало подобный предложений, раз сам дракон обратил на неё внимание, — вкрадчиво продолжила я. — И стоит поспешить, чтобы она сделала правильный выбор.

На лице дракона появилось упрямое выражение, будто убрать эту часть тела для него равносильно потере достоинства. Кажется, несмотря на мои старания, Луитгард считает своё происхождение самым весомым доводом принять его предложение.

Пришлось менять тактику на ходу и дёргать за другие ниточки. Например, за тщеславие и соревновательный дух.

— Вы на голову лучше других претендентов, — жарко уверила мужчину. — Даже без хвоста.