– Я всю ночь думал о вас…
– Вы ночью не спите? – снизила драматизм момента Маруся, застеснявшись до судорог.
– Раньше я спал, а теперь наша встреча лишила меня сна.
– Попробуйте валерьянку попить, – не уступала Маруся, чувствуя себя невероятной дурой. Щеки горели, дыхание сбилось, мысли слиплись в невыразительный комок. Ей было стыдно за себя и за него. Вряд ли парень говорит искренне. Зачем эта комедия?
– Давайте встретимся, Марина.
За несколько минут разговора Аркаша устал так, словно разгрузил вагон кирпичей.
Рядом маячила мама, пытаясь знаками дать какой-то совет и помочь. На самом деле ее приседания, складывание ладоней лодочкой и качание головой жутко мешали и сбивали с мысли. Общаться с девушками Аркадий не умел, а Марина даже не пыталась помочь ему. Если она сейчас скажет «нет», то…
– Давайте, – выдохнула Марина. – Только сами понимаете, мне ребенка оставить не с кем. Давайте завтра, я с няней договорюсь.
«Что я несу? – ужаснулась она. – Какая няня?»
– Конечно, – обрадовался Аркадий.
– Когда вам удобно? Если я зайду завтра в семь, нормально?
– Да-да!
– Тогда до завтра.
– До завтра.
Распрощавшись, оба испытали облегчение. Маруся понеслась отнимать у Макса обслюнявленный фонарик, а Аркаша попал в руки к маме и принялся докладывать содержание беседы с полным анализом интонаций собеседницы.
– Ты плохо говорил, – сделала вывод мама. – Девушки таких не любят.
– Она не девушка. Она женщина с ребенком, которая хочет замуж.
Неожиданно Аркадий почувствовал себя на высоте. Завтра не его будут выбирать, а он. И решать тоже будет он. Мужчина. Аркадий приосанился и, выставив свой выдающийся нос, гордо посмотрелся в зеркало.
– Орел! – сообщила мама. – И клюв соответствующий!
Глава 28
На следующий день погода порадовала голубым небом, солнцем и безветрием. Это было просто отлично, поскольку позволяло общаться на свежем воздухе, без заходов в кино, рестораны и прочие места под крышей, призванные опустошать карманы галантных кавалеров.
Ровно в семь часов вечера Аркадий начал маршировать под окнами Валентины Макаровны. Сама начальница сидела с внуком в Марусиной квартире, а принаряженная невеста дура дурой скакала за углом маминого дома, придумывая, как объяснить кавалеру свое появление не из двери, а с улицы.
«Глупость какую-то затеяли, – раздражалась она, осторожно выглядывая из-за кустов. – Сами себе проблемы создали».
