– Ты, что ль, Марина? – низким хрипловатым голосом поинтересовалась гостья.
– Я, – послушно кивнула Маруся.
– Че-то тощая ты и страшненькая какая-то, – порадовала ее родственница. – Ну, будем знакомы: Раиса Гавриловна я, свекровка твоя, значит. Вот!
– Очень приятно. – Маруся была шокирована. Крестьянская непосредственность будущей родственницы пугала.
– А это – гостинцы. – Тетка ткнула пальцем в сторону кулей.
– Спасибо, – вежливо произнесла Маруся.
– Пожалуйста, – усмехнулась тетка. – Чего уставилась? Прибирай!
Маруся не поняла.
В коридоре чисто. Что не понравилось свекрови и что требовалось убрать, было неясно.
– Чего стоишь-то? – Мама явно была недовольна. – Вот кулема, прости господи!
Она отпихнула застывшую девушку и, схватив поклажу, потащила по коридору.
– Эй, тугоумная, где тут у Витьки кухня? – бросила она, не оборачиваясь.
Марусе ужасно захотелось поставить ее на место сообщением, что квартира не Витина, а ее. И наглая баба находится у нее в гостях, поэтому неплохо бы относиться к хозяйке с уважением.
Но, конечно же, ничего этого она не сказала, а лишь понуро поплелась за теткой. Остановившись посреди помещения, мама довольно оглянулась и спросила:
– Газета есть?
– Свежая?
– Тухлая! – хихикнула Раиса Гавриловна.
– Нет, – растерялась Маруся.
– Да и ладно, – махнула рукой гостья и, расстегнув сумку на колесах, вывалила на свежевымытый линолеум картошку.
– Просушить надо, влажно в подполе было, – пояснила свекровь.
Маруся икнула. Дружба не складывалась.
Взаимопонимание не налаживалось, более того: она ощутила по отношению к Раисе Гавриловне тихую отчетливую ненависть. Развернувшись, Маруся покинула кухню. Смотреть, как тетка громит квартиру, желания не было. Пора заняться подготовкой к завтрашнему торжеству. Костюм для Виктора и платье она погладила еще вчера, сегодня можно уделить время собственной красоте. Прическу соорудят завтра в салоне, а вот маникюр предстоит сделать самой.
Маруся включила телевизор и села распаривать руки в мисочке.
В кухне будущая свекровь гремела посудой, внятно материлась и хлопала дверцами шкафов.
Когда работа над правой рукой была практически закончена, дверь со стуком распахнулась, и в проеме возникла раскрасневшаяся взлохмаченная Раиса Гавриловна.
– Ну и бардак у тебя, – сообщила она будущей невестке.
Маруся решила, что самое умное в данной ситуации – промолчать. Только вчера она чуть ли не языком вылизала каждый шкафчик и расставила все в идеальном порядке.
