Федор работал водителем у какой-то исполкомовской шишки и жил двумя этажами выше. Как только Лариса переехала в этот дом, одинокий сосед пришел к ней предложить свою помощь. Но тогда у Ларисы были кавалеры, стеснительного мужичка она всерьез не воспринимала, и он на много лет завис в положении то ли безответно влюбленного, то ли просто ремонтника при незамужней даме. Федор столярничал, чинил розетки, вешал тяжелые шторы, помогал переставлять мебель, в общем, был разнорабочим. Первой не выдержала Галя.
– Лар, ты что мужика мучаешь? Либо гони его совсем, либо приголубь, – безо всякой дипломатии заявила она однажды подруге, многозначительно подняв брови.
Лариса даже не сразу поняла, о ком речь. Она настолько привыкла к молчаливому присутствию Феди, что уже воспринимала его почти как необходимую деталь обстановки, а не как мужчину. Вариант «приголубить» ей даже в голову не приходил. С таким же успехом она могла начать присматриваться к местному сантехнику. Но Галины слова ее тогда встряхнули, и в последнее время она стала приглашать Федора просто так: посидеть, посмотреть телевизор, поесть домашних наваристых щей.
Лариса даже начала вместе с ним мечтать о домике в деревне, куда Наиночка будет привозить к ним внуков, и тут такое дикое и необъяснимое событие. Ни на Галю, ни на Федора она подумать не могла. Но не сами же они ушли! Вообразив, как по-змеиному уползают за порог квартиры цепочки и браслеты, а за ними, подскакивая и шевеля тараканьими лапками, спешат кольца и серьги, Лариса поежилась.
Придя домой, Маруся сбросила одежду и стала вертеться перед зеркалом, рассматривая округлившуюся талию. Все бы ничего, но вместе с животом стремительно увеличивались и все остальные объемы. Причем значительно обгоняя растущий животик.
Виктор, восхищенный нынешними размерами Марусиного бюста, тихо столбенел при виде этого богатства и не замечал, что жена раздается в ширину. На всякий случай, дабы предвосхитить возможные вопросы, ему уже было сказано, что беременные сильно полнеют, но это временно.
Виктор лишь покивал, не очень интересуясь подробностями. Раз временно, ну и ладно!
Вся ее одежда давно была разложена по полочкам за ненадобностью. Маруся перешла на мамин гардероб, но в августе стало ясно, что и платья Валентины Макаровны ей уже малы. Мама первой забила тревогу. На очередном приеме в консультации акушерка неодобрительно покачала головой и заявила:
– Если будете набирать вес такими темпами, то сами рожать не сможете.
