Рабыня демонов в академии магии

Словно еле светившийся магический шар кто-то зарядил энергией и врубил на полную.

Но Мэл-то этого не знал. Не знал о ее происхождении. Он просто пользовался ею. Жрал. Думал, что убивает этим и все равно жрал.

А почему нет? Она же его рабыня. Разве он обещал ей когда-нибудь что-то большее?

Девушка отодвинула книгу и тяжело слезла с подоконника. Она ощущала себя вымотанной. Нужно время. Время, чтобы осмыслить все это, принять новую правду о себе и о мире.

Может, посоветоваться с кем-то? Но с кем?

Завибрировал постограф в сумке.

Очередное сообщение от Раума. Если проигнорировать, Раум ее накажет. Не так, как Дэмиан, не болью. Но непременно накажет. Унизительно и изобретательно.

Рука замерла на полпути. Идти на встречу с Раумом, выслушивать его вкрадчивые намеки, ублажать его?

Не сейчас. Пусть демон наказывает ее потом, если пожелает. Сейчас ей надо все обдумать.

— …теперь, когда оба ди Небироса при смерти…

Девушка споткнулась. Она ослышалась? Или отец Бенедикт за дверью действительно произнес эту фразу?

Тася не собиралась подслушивать.

Даже в мыслях не держала. Она просто проходила мимо. Ей вообще после сделанного в библиотеке открытия не было дела до чужих тайн!

— У нас остался ди Форкалонен, — произнес из-за двери другой голос. Низкий и властный, принадлежащей женщине. Он показался Тасе странно знакомым.

Как зачарованная, девушка сделала шаг к неплотно прикрытой двери. Сквозь узкую щель можно было разглядеть спину и блестящую лысину бывшего священника.

— Чем ты недоволен? — продолжала неизвестная женщина.

 — Таисия привлекла внимание демонов. Дуэль между ди Небиросами доказывает, что все идет по плану — мальчишки зависимы от нее сильнее, чем от наркотика.

— Изначально речь шла только об одном демоне, — в голосе отца Бенедикта звучал вызов пополам с неуверенностью. Словно бывший священник боялся спорить, но не спорить не мог.

— Теперь остался один.

— А что если служба безопасности раскопает причину дуэли?

— Ты трус, Бенедикт, — в голосе женщины зазвучало презрение.

Бывший священник повернулся в профиль, прошелся платком по лысине, утирая выступившие капли пота.

— Дело не в трусости, — проблеял он. — Мне просто жаль девочку. Боюсь, Тася не выдержит. Видели бы вы, что они с ней делают.

Женщина цинично рассмеялась:

— Чушь. Они делают с ней только то, для чего она создана самой природой. Не прикидывайся добрячком, Бенедикт. Обо всем этом стоило думать тринадцать лет назад, когда ты забирал ее анам.