Рабыня демонов в академии магии

Стоило Тасе встать и, балансируя на ненадежной железяке, потянуться к окну, как опора под ногами дрогнула и поехала. Девушка сама не знала, каким чудом ей удалось в последний момент зацепиться за трубу. Под аккомпанемент вылетающих из стены ржавых креплений, обдирая руки и пачкая одежду, она съехала вниз и зареклась второй раз так рисковать.

Джейсон дошел до середины зала. Обутый в тяжелый ботинок носок коснулся натянутой посреди помещения тонкой проволоки. Тася подобралась, готовясь бегом рвануть к выходу.

Но тюремщик вдруг резко подался назад. Тяжеленная свинцовая чушка просвистела в волоске от его головы и врезалась в стену. В разные стороны полетела каменная крошка.

— Твою мать… — оборотень громко и виртуозно выругался. Вода из кувшина в его руках выплеснулась, промочив костюм.

Джейсон поставил миску с едой и кувшин на пол. Посмотрел на сплющенную о стену свинцовую чушку. И перевел взгляд на съежившуюся в углу девушку.

— Ты хотела меня убить, человечка?

Что можно ответить на такое?

В один прыжок оборотень пересек разделявшее их пространство, схватил девушку за грудки и вздернул, заставляя выпрямиться перед собой.

— Я хотела освободиться! Я бы вызвала врача!

Человека такой удар гарантированно прикончил бы, но Джейсон не был человеком.

Оборотень склонился ниже. В его прищуренных глазах не было гнева.

— Ты нравишься мне, человечка. Добрая, но смелая. Я хотел бы, чтобы ты, а не Цилла была моей парой.

— Может, отпустишь меня, — тихо попросила Тася.

Ужасно не хотелось умирать.

— Тогда почему ты меня здесь держишь?! Почему просто не убьешь?!

— Скоро. Нужно все подготовить, — Джейсон выпустил ее платье, но не отодвинулся. Карие глаза пожелтели, в них мелькнуло странное голодное выражением Тасе стало не по себе.

Она уже знала, что предвещает такой взгляд со стороны мужчины.

Он наклонился ниже, скользнул носом вдоль ее шеи, принюхиваясь.

— Мы ведь все равно умрем. Так, может, напоследок…

Девушка рванулась в бессмысленной попытке избежать его прикосновений. И взвизгнула, когда он играючи разорвал платье.

— Не надо, пожалуйста! — рыдала она, чувствуя, как мужские руки шарят по ее телу.

Ее трясло от отвращения и страха. Когда хозяева принуждали Тасю к сексу, их действия всегда несли в себе оттенок искушения.