Рабыня демонов в академии магии

 — Где твоя одежда?

На слове «твоя» он сделал ударение.

— Ты про мешок для картошки, в котором она ходила раньше? — Раум по-хозяйски положил руку ей на плечо и уставился на кузена. — Я велел его сжечь.

Девушка вздохнула. На ней было зеленое платье в белый горох, белые чулки и замшевые туфельки на высоком каблуке. Все невероятно качественное, изысканное и баснословно дорогое.

А ещё удобное. Платье сидело идеально, словно было пошито специально для нее. Прикосновение нежной ткани к обнаженной груди чуть волновало, возбуждало.

И туфельки обнимали ножку аккуратно, нигде не давили и не жали, даром что Тася надела их первый раз.

Но ди Небирос по-прежнему разглядывал ее с мрачной гримасой. Так, словно преображенная Тася ему совсем не нравилась.

— Иди поешь, — наконец, велел демон. — А потом к себе.

— Я планировал еще поиграть с ней, — возмутился Раум.

— Девочке надо отдохнуть, — отрезал его кузен. — А нам — поговорить.

Несколько мгновений демоны враждебно сверлили друг друга взглядами, а потом Раум кивнул Тасе:

Армеллин ди Небирос дождался, пока хрупкая фигурка не скроется за дверями, и повернулся к двоюродному брату.

— Ты никогда не отличался умением просчитывать последствия своих действий, — голос его был холоден. — Но чем ты думал, нарядив девушку в платье от Леони?

— От Висарди, — поправил его Раум. — А в чем проблема?

— Завтра она должна ехать в Академию.

— И что? — демон ухмыльнулся. — Стервочки с факультета, конечно, удавятся от зависти. Но кого это волнует? Я хочу, чтобы женщина, с которой я сплю, выглядела достойно.

Армеллин скривил тонкие губы:

— Используй мозг хотя бы иногда. Так она больше не будет бояться, скрываться и лишится остатков стыда. Что останется нам? Еще одна смазливая мордашка?

— А-а-а, — на лице Раума отразилось сначала понимание, а потом растерянность. — Мать моя демоница, а ты прав! Что же делать?

Ничего не делай. Ты уже достаточно наворотил. Я займусь ею сам.

Переживания, выпавшие на долю Таси, совсем вымотали ее, а сытная еда заставила осоловеть.

Девушка ещё попыталась подготовиться к завтрашнему семинару, но строчки расползались перед глазами, а смысл ускользал. Опустив голову на стол, Тася задремала прямо в кресле.

Проснулась она от того, что кто-то аккуратно взял ее на руки. Заморгала, прогоняя остатки сна, и встретилась взглядом с фиалковыми глазами, за стеклами очков.

— Я, — он мягко улыбнулся и опустил свою ношу на кровать. — Спать лучше в постели.

Его руки потянулись расстегнуть крючки платья на груди.