— Он владелец одного из крупнейших заводов по производству автомобилей.
— Это там, где твой отец работал? — обрадовалась я. — Ты с ним знакома?
— Нет, что ты, отец был всего лишь работником одного из цехов, а мистера Расмусона видел разве что издали мельком. Но это очень богатый человек и, как говорят, имеющий большое влияние в городском совете. Будь с ним осторожна.
Я приободрилась. Это звучало как описание кого-то, подходящего на роль хозяина.
Машина долго петляла по центральным улицам столицы, я с удивлением разглядывала шикарный район, в котором прежде не бывала.
Здесь у каждого дома был сад с тенистыми аллеями, огороженный кованной оградой. Сами дома в несколько этажей, но с большими окнами, изящными балкончиками, арками, колоннами и другими украшениями. Все это внушало уважение.
Перед нашей машиной отворили ворота, и мы подъехали к дому из серого камня, украшенному белыми барельефами в виде торсов мужчин, будто держащих на своих плечах балконы второго этажа. Мистер Хрутсон вежливо, но с заметной спешкой проводил нас в приемную подле кабинета хозяина.
Потом пришлось ждать, повезло, что нам предложили травяной настой, который тут все пили, и небольшие кусочки сладкой сдобы, называемые «печенье». Вообще-то время было уже обеденное, но пришлось перебивать себе аппетит этим.
Господин Расмусон явился только через полчаса, по дороге выговаривая мистеру Хрутсону:
— И передай кухарке, что в этот раз гренки были пережарены. Я чуть все зубы не переломал. Если она допустит подобное еще раз, будет уволена.
— Что вы, сэр, этого не повторится. Уверен, это новенький поваренок недосмотрел.
— Тогда уволь его. Еще не хватало, чтобы подобное повторилось при гостях.
Мистер Расмусон остановился в холле перед своим кабинетом и просканировал нас холодным взглядом:
— Кто это?
— Как же, сэр, вы же сами велели привести попаданку, о которой писали в газете. Помните? Мисс Ганхилда показывала вам статью…
— А, точно, — отмахнулся от него мистер Расмусон. — Так кто же из них та самая… телохранительница-попаданка?
Я поднялась с места, пытаясь скрыть свое раздражение.
Старалась убедить себя, что это нормально, что хозяин может так себя вести, это нормально… но этот человек не был мне пока хозяином, и пренебрежение раздражало.
— Мое имя Драдрерика Беалитдоттир, — представилась я, поклонившись. — Ваш слуга сказал, что вы хотели со мной поговорить?"
"— И вы действительно телохранительница? — в его глазах сверкнуло любопытство.
