Рад, почти счастлив…

Я только думаю – за что? Может, потому что дедушка болел, и нервотрёпка сошла за пост?

Миша слушал внимательно, не зная ещё, как вступить в эту песню без фальши. Он любил исполнить партию с блеском.

– Ещё сегодня видел в метро старика, – продолжал Иван. – У него был какой-то безмерно затрёпанный справочник по химии, там сзади на обложке цена – рубль двадцать. Он его читал. Потом достал записную книжку, тоже всю развалившуюся, и из неё – несколько карточек. И на одной очень аккуратно написал дату, фамилию с инициалами, ещё что-то.

Почти каллиграфически – несмотря на качку. Я всё думал: кто он?

– О! Я вас понял! – смекнул Миша и подхватил. – Выхожу я с салом в скверик кормить синиц и вижу – мне навстречу прогуливается солидный господин, везёт самосвал на верёвочке. Я в ужасе осведомляюсь: где ребёнок? Потому что ни одного ребёнка поблизости нет! Вы, говорю, его, часом, не посеяли на повороте? Оказалось, внук дома, его бабушка одевает. А деда выставили на воздух – чтоб не сопрел в дублёнке.

И они обменялись еще несколькими историями.

У Ивана их было много. Он по осенним и зимним улицам их нагулял вагон. А сколько таких «вагонов» было у Миши! Весна пролетела, осень прошла, века сменили века. Собаки, которых кормила женщина в шубе, пожили и ушли. Далёкое их потомство слонялось по вечным бульварам. Чуткий бармен микшировал чай из Мишиной коллекции и с новым чайничком подсылал официантку за столик к хозяину. И подсылал официантку с кофе, а затем и вовсе доставил им коньяку. Они выпили, не заметив.

– Хотите тайну? – спросил напоследок Миша. – Пиратскую! Я вам скажу.

– Валяйте! Я весь внимание! – кивнул Иван.

Миша взялся ладонями за борта столика и, склонившись к Ивану, шёпотом произнёс:

– Я уезжаю! Речь идёт о побеге на фрегат. Мы оставим Москву и двинемся в направлении Чёрного моря!

– И вы на море! – возмутился Иван – Что вам всем на суше не живётся!

– А что? Закроюсь! – продолжал Миша, – Вывезу барахло к мамочке, а помещение сдам.

– Миша, если не секрет, а зачем? – спросил Иван.

 – Такой крутой поворот – должны быть причины! Что, тоже международный кризис?

– А кто меня тут любит? – спросил Миша, – Кто тут любит хорошие вещи? Может, вы знаете кого-нибудь, кто тут ценит стиль? Не шутите со мной!

Иван внимательно слушал Мишу.

Ему вдруг стало жаль, что он ни разу не предпринял попытки заглянуть за двери Мишиной театральности. А теперь уже, видно, время ушло.

– Поеду, поеду на Чёрное море! – заключил Миша, поднимаясь из-за столика.