Рад, почти счастлив…

Просто смотрел на качели, на дверь подъезда и думал: «Господи, спасибо». Наконец, взял рюкзак и пошёл домой.

На площадке пятого этажа, у двери лифта, его ждала Оля.

– На минутку можно тебя? – спросила она довольно раздражённо. – Я тебе давно хочу сказать: ты мне своими неправдоподобными персонажами только карту путаешь! Я в них верю, как дура, а на самом деле их нет!

– Почему же нет? – удивился Иван.

– Этих твоих собак, этих всяких случайных пронзительных встреч! Этого нет в жизни!

– Как это нет? – спросил Иван, всё еще удивляясь.

– Этого нет! – крикнула она так, что Иван мысленно отшатнулся. – А есть дикая усталость – и вовсе не от праведных дел, как у твоих небожителей, а оттого, что я работаю и борюсь! А этого всего – нет, нет! И не будет никогда! Ни у кого! Ясно?

Дома Иван лёг сразу, но сон долго не приходил. Он лежал с закрытыми глазами и брёл по оранжевой глине стройки. А потом ступил на лесную опушку и в соснах нашёл маслёнок.

«Человек, живущий на реке, должен каждый день хоть на несколько минут выходить на реку», – рассудил Иван, сел на деревянную тумбу и принялся ждать, когда сбудется его простое предвидение.

Ожидание Ивана скрашивали воробьи. У Макса в книжке «Окружающий мир» он прочёл, как отличить воробьёв домовых от полевых. Этих знаний хватило ему, чтобы увлечённо провести минут сорок. Потом на пристань пришли девочка с бабушкой и принялись кормить всех, как один, домовых воробьёв печеньем. Появился откуда-то из лесу подросток с баночным пивом в пакете, сел к воде и, врубив на мобильнике музыку, принялся добывать посильный кайф. Неторопливо, под сигарету, он тянул своё пиво и по мере опустошения тары пускал кораблики. Скоро флотилия из трёх баночек в сопровождении белых шлюпок-бычков поймала волну и двинулась на Серебряный Бор, а её владелец, захмелев, утопал в лесок. Иван остался один и сидел в полудрёме, нежась на солнце, пока по его плечу не постучали. Обернувшись, он увидел Фолькера – в чёрных очках, чёрной майке и камуфляжных штанах.

– Наконец-то! – приветствовал его Иван.

– Ты ко мне что ли? – спросил Фолькер. – А чего не заходишь? Я смотрю – сидит. Чего сидишь?

– Рыбачу, – сказал Иван.

Фолькер посмотрел внимательно на его пустые руки и сел рядышком. И сразу тьма отгородила Ивана от лета и воробьёв.

– Я хотел узнать, как у вас дела, – сказал Иван, приспосабливаясь ко мраку.

– А какие дела? – удивился Фолькер. – Трафик сдох! Просто зря профукал кучу бабок. Детям не-ин-те-ресно.