И в этой Вселенной моя Радужка выходит замуж. Потому что беременная.
Остановите эту блядскую землю! Я не хочу на ней! Не хочу!
— Потому не городи хуйню, — советует мне Немой, — надо спокойно поговорить, понимаешь? Без нервов… Этот парнишка — какой-то знакомый ее отца, Игореха говорил, что, типа, подчиненный. Молодой и перспективный чиновник, блять…
— Ага… — эхом повторяю я, — молодой и перспективный… Ага… На ниссане…
— Не у всех предки — владельцы заводов, — флегматично отвечает Немой, — а парнишка, видно, при деле.
Все будет у него.
— И длинный, я смотрю, не против? — хриплю я, вспомнив главного цербера Радужки.
— Игореха не рад, — отвечает Немой, — но отец одобрил, так что тут все нормально.
— Да когда он успел нарисоваться-то, блять? — ору я, уже порядком выходя из себя, — когда???
— Очевидно, когда ты проебывал время в пьянках, блядстве и кпз, — пожимает плечами Немой, — сам виноват…
— И че делать теперь, а? Немой? Че мне делать? — смотрю я на него, не ожидая, впрочем, ответа. Но все же получаю его:
— Надо говорить.
Спокойно. Выяснять… Она обижается, конечно, но она девочка. Ее надо просто вовремя поймать…
Ну, вот тут я, кстати, советам Немому могу доверять, потому что он у нас — тот еще ловец, специалист по загонной охоте. Совсем недавно Альку свою загнал, да так, что теперь точно не выберется.
Вот бы мне так… Но не получается, у меня вечно терпения не хватает. Вот и сейчас, только стоит подумать, вспомнить сцену на стоянке, сразу дышать тяжело. И руки дрожат, от желания приложить их к одной отвратной роже.
— И как это сделать? — спрашиваю я, — она меня не подпускает…
— Есть вариант, — лениво отвечает Немой, — мы сегодня идем в клубешник один… Я с Алькой, Игореха с девочкой новой своей и его сестренка с этим женихом. Подваливай, лови ее и разговаривай… Жениха я, если что, на себя возьму. Отвлеку. Но только, Сом, — предупрежадюще сдвигает он брови, — без зверства. И без твоих обычных… косяков. Понятно? А то мне Алька потом…
— Каблук… — усмехаюсь я, ощущая, как настроение чуть-чуть приподнимается.
Шанс есть поговорить, я его не упущу больше. Никакого, блять, жениха!
И про беременность…
И вот тут меня, уже поднявшегося на ноги, прошибает так, что снова скольжу по стене вниз, одна простая мысль: если Радужка беременная… То чей это ребенок?
А если мой?
Глава 37"
"Новый клубешник вообще не отличается от кучи других, в которых любят тусить мои приятели и совсем недавно любил развлекаться я. Ярко, громко, типа, пафосно.
