Рафаэль

 — Его голос вновь прозвучал так, словно он говорил о погоде. Натэниэл освоил новый уровень силы внутри нашего триумвирата куда быстрее меня, и даже быстрее, чем Дамиан.

— Я ни разу не видел, чтобы твои глаза горели синим пламенем, когда просыпается Жан-Клод. — Заметил Рафаэль.

— Он лучше контролирует такие вещи. — Ответила я.

— Дело не только в этом. — Вмешался Натэниэл. — У некоторых членов Арлекина глаза вспыхивают, когда просыпаются их мастера, а у них контроля предостаточно.

— Так бывает, когда они узнают, что происходило в течение дня, пока они спали.

— Почему тебя так парит, когда это происходит? — Спросил Натэниэл. Его глаза постепенно светлели, возвращаясь от счастливого фиалкового оттенка к естественному для них цвету лаванды.

— Без понятия. — Ответила я.

— Тебе известно все, что знают твои moitié bêtes? — Спросил Бенито.

— Но ты можешь читать их мысли, если захочешь. — Заметил он.

Я задумалась об этом на секунду, потом кивнула.

— Да, но это скорее обмен воспоминаниями, а не мыслями.

— Очевидно, я не понимал всех возможностей, которые откроются нашему царю, если он станет твоим moitié bête, Анита. — Признал Бенито.

— Связь не будет такой же глубокой, как у Аниты с Натэниэлом и Дамианом, если только в цепочку не включить вампира, чьим зверем зова также будет крыса. — Пояснил Мика.

— Откуда ты знаешь? — Спросил Рафаэль.

— Я не раз обсуждал эту тему с Жан-Клодом.

— Но Дамиан не мастер, а значит, у него нет зверя зова.

— Один из них мастер. — Мика кивнул на меня и Натэниэла.

— Значит, это Анита. — Сделал вывод Бенито.

— Не уверена. — Сказала Клодия, изучая Натэниэла так, словно увидела в нем что-то, чего не замечала раньше.

— Анита, если мы сделаем этот шаг, будут ли наши секреты в безопасности друг от друга? — Спросил Рафаэль.

— Трудно сказать — любой другой ответ был бы ложью. Правда в том, что я не уверена. То, что происходит между мной, Натэниэлом и Дамианом, сильно отличается от той связи, которая есть у меня с Жан-Клодом и Ричардом, так что я понятия не имею, как все будет.

— Ричард слишком сильно ненавидит в себе вервольфа, и это мешает ему быть полноценным третьим в вашем триумвирате. — Заметил Натэниэл.

Спорить с этим никто не стал, а Рафаэль вообще был приятелем Ричарда задолго до того, как подружился со мной.

— Ты считаешь, что то, насколько тебе комфортно быть верлеопардом, влияет на разницу в связи? — Уточнил Рафаэль.