Рай по завещанию

Она обвила его шею руками, притянула к себе, не позволяя отодвинуться. Рэм подчинился, отбросив все сомнения и оставляя только наслаждение. Каждое движение поднимало их все выше и выше к тому незримому барьеру, который разделяет дух и плоть. И они преодолели его вместе, соединились в любви и обещании любить.

– Я… не знаю, как здесь оказался… – голос Рэма был хриплым от смущения.

– Какое это имеет значение, если ты уже здесь? – она улыбнулась, довольная. Рэм хотел сказать что-то еще, но Иден приложила палец к его губам.

Он заглянул ей в глаза и сдался, сознавая, что, может быть, это путь к его несчастью. Он любил Иден больше всего на свете, больше, чем свой Скайлет, больше, чем свое здравомыслие. И эта любовь вынуждала беречь ее от своих грубых желаний, бесконечного обладания и бесцеремонности, которые неизменно следуют за наслаждением.

Иден заметила его сомнение, но не могла понять, чего он хочет, что его смущает.

– Рэм, – она повернула его голову к себе, заставив посмотреть в глаза. Слезы непроизвольно катились из глаз. Рэм крепко сжал ее в объятиях, осушая слезы поцелуями.

– Да, Иден, я согласен, – соль жгла губы. Иден облегченно прижалась к нему, замерла в сильных объятиях. Но Рэм разжал руки, и она открыла глаза. Он сел на край постели, обхватив голову ладонями. В одно мгновение Иден вскочила и схватила его за плечо.

– Уже поздно… У меня много дел, – Рэм тревожно посмотрел на нее.

От этого взгляда похолодело сердце. Ей показалось, что между ними еще не все решено. Они занимались любовью, но проклятая стена отчуждения не разрушена!

– Да, действительно, есть одно дело, которым ты долго пренебрегал… – стоя на коленях, Иден всем телом прижалась к его спине. Она потерлась о горячую гладкую кожу и ощутила, как Рэм напрягся.

Все время целуя его шею и плечи, перебралась к нему на колени. Глаза его были закрыты, челюсти сжаты.

– Первый раз – утоление желания, – ее тело пронзила сладкая боль. – Второй – для удовольствия, – ее улыбка звала, искушая, и Рэм сдался. Недавнее решение было забыто, тело, жаждущее обладания, победило.

Они опять упали на постель… Рэм вошел в ее тело, чувствуя, что это единственное место, где он хочет быть, единственная женщина в целом свете, которой он принадлежит. И он соединился со своей любовью, со своей Иден.