Рай по завещанию

Никто не заметил, как из кухни выскользнула Карина, не спуская с незнакомца голубых глаз, вытащила из-за пояса кинжал. Ее шаги были почти бесшумны.

Джеймс увидел, как сверкнули глаза Гаскелла, почувствовал, что острое лезвие уперлось между лопатками. Он вздрогнул, услышав злорадный смех Маклина:

– Сдавай оружие, приятель. Тебя достали.

Джеймс, чувствуя острие, прижатое к спине, бросил взгляд через плечо, но никого не увидел, однако кинжал продолжал упираться в спину. Джеймс опустил револьвер, который тут же бесцеремонно схватил разозленный конюший и с преувеличенным желанием напугать замахал оружием перед его носом.

– Не пустить ли ему кровь? – раздался нежный женский голосок. Джеймс ощутил, что давление на спину усилилось, острие, кажется, проткнуло плащ. Он невольно вздрогнул и повернул голову так, что смог увидеть полуобнаженное плечо и край шотландской юбки.

– Нет, милая, пока не стоит, – Гаскелл рассмеялся. Со стуком бросил палаш на обеденный стол. – Эта малютка захватила тебя в плен, парень.

За последние три месяца уже немало мужчин Скайлета ощутило острие кинжала Карины. Сегодня ее отец еще раз порадовался за маленькую разбойницу.

Иден сбежала по лестнице и остановилась, пораженная. Все глазели на нее.

– Джеймс? – выдохнула она. – Джеймс! – Иден, как на крыльях, пролетела полкомнаты, бросившись в объятия брата.

– Дене! – он прижал ее к себе, оторвав от пола. Облегчение сделало движения мягче, спокойнее. – О Боже, Дене! Я так беспокоился за тебя. Мы все беспокоились, – для пущей убедительности он еще раз сжал Иден в объятиях – вот она, живая и здоровая.

Через пару минут Джеймсу наконец удалось взглянуть на нее. Лицо Иден раскраснелось, глаза радостно сияли, каштановые волосы облаком вились вокруг головы. Она была оживлена, весела, на сердце Джеймса полегчало. Затем взгляд скользнул по простой вязаной кофте, отметил, что под верхней одеждой нет белья.

Гнев опять закипел в душе, когда Джеймс поймал ее руку и почувствовал, как загрубели пальцы. Иден вновь бросилась на шею брату, но тот поверх ее плеча бросил взгляд на угрюмые стены и мрачные лица собравшихся.

– Пойдем, Дене! Я увезу тебя из этого скопища хлама! Увезу домой!

Она подняла удивленное лицо, на глаза навернулись слезы.