Райвен

Чтобы убедить их в бессмысленности этого мероприятия, она должна была рассказать все о том, как выбиралась с планеты, куда действительно сунулась по собственной глупости и самонадеянности, как привязался к ней маленький светящийся шарик, который, собственно, и помог доведенной до полного отчаяния юной контрабандистке выжить в том аду… Как рос Райвен и как он конструировал сам себя… Беат слишком хорошо понимала, что даже если этот путь удастся повторить, то нет никаких гарантий, что из такого же шарика вырастет еще один добрый, умный и преданный друг, а не какой-нибудь монстр с кривой психикой и жаждой массовых убийств… Не зря же орбитальные границы Деметры охранял один из самых устрашающих космических флотов Галактики…

Все это следовало бы высказать полковнику, чтобы он не строил для себя лишних иллюзий, но Беат понимала, что если она произнесет хоть слово, то только подогреет интерес к Деметре…

Получался хороший, прочный замкнутый круг…

— Между прочим, у нас есть адресованное вам послание… — нарушил ее мысли голос Шнайдера.

Беат не ответила. Она сидела, низко склонив голову, полностью погрузившись в собственные мысли.

Не дождавшись ее согласия или отрицания, полковник встал и, открыв замаскированную в стене панель, нажал на ней несколько кнопок.

В комнате повисла напряженная тишина.

Из скрытых динамиков вдруг донесся какой-то скрежет, шелест помех несущей частоты, и Беатриче вдруг вздрогнула, резко подняв голову, когда в тесном помещении внезапно зазвучал такой знакомый, чуть хриплый голос Райвена.

Это было уже вне всяких правил. Страшный, точно рассчитанный удар по болевым точкам и без того измученного и опустошенного сознания… Отто Шнайдер еще не знал, что, включив эту запись, он перегнул палку.

— Ну вот ты и улетела, Бетти… Жаль… Нам было здорово вместе. Как бы я хотел еще раз увидеть тебя и Мать…

Потом грянул оглушительный взрыв.

Вентиляционные трубы — это великая, многофункциональная и изредка употребляемая не по назначению система любого космического корабля.