Молох наклонился и выдвинул нижний ящик стола. На дне, под ворохом бумаг, лежали дневники. Ровно двадцать штук. Эти документы давно следовало разобрать. Молох знал, почему тянул до последнего, почему так долго отказывался прикасаться к защищённым магией материалам под красным штампом “секретно”. Он не мог. Не мог заставить себя взять в руки доказательства безумия своего брата, продираться сквозь неразборчивый почерк пифий, смотреть на фотографии убитых и думать о том, что это его, только его, Молоха, грандиозный провал.
Ошибка, стоившая Росу свободы.
Смерть Великая, он должен был это предвидеть! Неужели Крепость и правда свела Росса с ума?
С тех пор как он запер брата в горах вымершей планеты, прошёл почти год, и за это время Молох ни разу не навестил пленника. На самом деле жнецам не требовалась еда — привычка из забытого прошлого — так что он просто бросил Росса, прикованного цепями к скале. Он знал: нельзя оставлять такого опасного преступника без присмотра. Собирался к нему каждый месяц и каждый месяц находил повод, чтобы отложить визит.
Можно было сколько угодно врать самому себе, но единственная причина этих отсрочек — страх. Молох боялся. Злых насмешек. Безумия в глазах, смотрящих на него со дна тёмной ямы. Боялся, что найдет Росса, окончательно потерявшего рассудок, орущего без перерыва, или, наоборот, тихого, сломленного. Боялся боли и чувства вины, которые испытает при виде брата, связанного, как бешеное животное.
Жнец крепко зажмурился и несколько секунд сидел неподвижно.
Открыл глаза, взял верхний дневник из стопки и положил перед собой на стол. С фотографии на первой странице на него смотрела миловидная шатенка с короткой стрижкой и ямочками на щеках. На следующей фотографии у неё были огненно-красные волосы ниже плеч. Молох листал папку в поисках официальной даты смерти, как вдруг его словно шарахнуло молнией: он вспомнил девушку в бурнусе, которую увидел в пустыне рядом с мастаба перед тем, как Росс ударил его чем-то по голове.
Молох узнал бы её раньше, если бы не капюшон, спрятавший красные волосы, такие же как у жертвы на фотографии.
— Алая, — вспомнил жнец имя. И на него обрушилась ужасающая догадка. Он вскочил из-за стола, в панике открывая портал.
Глава 22
— Выглядишь не лучшим образом, но так, как заслуживаешь.
Ева вздрогнула: за спиной раздался знакомый голос. Голос, который она меньше всего ожидала услышать здесь, в Светлой империи.
