Рай. Том 2

— Вряд ли во всем виноват ты или стресс, хотя никак не могу определить, в чем загвоздка.

— Начни с того, что попытайся вспомнить с точностью до часа, когда ты впервые почувствовала это. Откуда взялось внезапное ощущение неловкости, беспокойства.

Мередит устало улыбнулась Мэтту.

— Последнее время я постоянно испытываю нечто подобное.

Мэтт ответил ей улыбкой:

— Надеюсь, это моя вина.

Мередит поняла смысл его слов, прерывисто вздохнула, желая, очевидно, напомнить, что он обещал сегодня не говорить о личном, поэтому Мэтт немедленно вернулся к прежнему разговору.

— Подумай, когда появилось внезапное ощущение чего-то странного, несмотря на то, что, казалось, все шло хорошо?

Мередит мгновенно вспомнила тот день, когда отец объявил, что она назначена на пост президента, но лишь потому, что Гордон Митчелл отказался от предложения. Она обо всем рассказала Мэтту, и тот, немного подумав, кивнул:

— Так оно и есть. Интуиция подсказывала тебе, что он ведет себя по меньшей мере странно и уж никак не разумно с точки зрения нормального человека.

Твои инстинкты не подвели тебя. Посмотри, что произошло с тех пор: он окончательно потерял твое доверие, и именно его вы подозреваете во взяточничестве. Кроме того, он нарушает стандарты качества, установленные для вашего магазина, и открыто выступает против тебя на совещаниях.

— Вижу, ты очень доверяешь своему подсознанию? — удивленно пробормотала она."

"Мэтт вспомнил о том, как много он поставил на инстинктивную веру в то, что чувства, которые она питала к нему, еще живы — еле тлеющие огоньки, которые он пытается раздуть в яркое пламя.

Мэтт позволил себе мечтать о взаимности, и потребность в ней росла с каждой минутой, проведенной с Мередит. Если он потерпит поражение, его терзания будут еще мучительнее, потому что он так отчаянно надеялся на успех. И, зная все это, Мэтт, однако, был готов рискнуть.

— Ты понятия не имеешь, — выразительно вздохнул он, — как сильно я верю в него. Немного поразмыслив, Мередит сказала:

— Причины моего предчувствия надвигающегося несчастья гораздо легче определить, чем кажется.

Все началось в понедельник со звонка какого-то «доброжелателя», сообщившего что в нью-орлеанский магазин подложена бомба. Тревога оказалась ложной, но мы потеряли на этом немало денег. Это наш самый новый магазин, расходы на который еще не окупились. Тамошние руководители едва сводят концы с концами, а ведь я лично гарантировала возврат долга.