Рамиль

Как перестать об этом думааать? Прямо вижу, как меня ароматным розовым фломастером вычеркивают из узкого семейного круга за больную фантазию...

- Тогда что с лицом?- с нажимом спрашивает Алёна, а потом уже с искренним беспокойством и участием,- Рааам?

И руку свою тонкую на мою кладёт. Её ладонь прохладная и мягкая. Музыкальные пальцы вплетаются в мои.

-Да ничего. Вот подсчитываю, сколько месяцев дрочить придётся, - бормочу рассеянно про себя, глянув на её кисть поверх моей руки.

Потом поднимаю глаза к Лениному лицу и.

..вижу, как у Акуниной медленно отвисает челюсть. Блин, видимо, не совсем "про себя" вышло.

- И с чего такие подсчёты? - интересуется моя-через-три-дня-жена, щурясь.

Пару секунд я молчу, потому что, просто бл...ть не представляю, как это сказать. А потом говорю, потому что выбора у меня всё равно нет: Лена, скорее всего,  заметит, если мы полгода не будем трахаться...

- Алён, я тут подумал и...решил,- делаю паузу, мысленно пытаясь поудачней выстроить предложение.

- Звучит уже угрожающе,- бормочет Акунина, ни хрена мне не помогая.

- Лен,- выдыхаю и в прорубь,- Давай пока сексом заниматься не будем...

Её пшеничные брови так резко взмывают вверх, что грозятся сбежать с лица.

- Ну пока...- быстро добавляю и выразительно кошусь на ее уже немного выпирающий живот,- Пока они у тебя там...Пока...

- Так, стой,- Ленкина ладонь молниеносно покидает мою руку и затыкает мне рот.

Пронзительные зеленые глаза пытаются вскрыть мою черепную коробку, уподобляясь световым мечам Джедаев.

По губам Алены проходит мелкая дрожь, словно рябь по воде, а потом она растягивает их в неверящей улыбке.

- Рам, у меня тут конечно есть одно предположение, из- за чего ты до этого додумался, но оно настолько идиотское...- и Ленка даже хрюкает в конце от пузырящегося внутри неё смеха, - НАСТОЛЬКО!

- Ноновеввное,- бубню ей в руку.

Лена убирает ладонь, давая мне возможность сказать.

- Оно верное, Лен. Я как-то не хочу в своих дочек...Ну...ты поняла...

-Пффф.

.Ахххааха...пфффф...- Ленка в попытке сдержать истерический смех уподобляется  ооочень красному пыхтящему самовару.

- Ты там чай не расплескай...хохотушка,- намекаю холодно, что кто-то сейчас описается и запачкает мне сидение! Я тут ей душу практически выворачиваю, а она...ржёт!

- Ну, не хмууурься, Рами, - как маленькому идиоту ласково советует Акунина и излишне нежно гладит меня по щеке.

Смеряю её осуждающим пасмурным взором. Никакого такта, Лена...Двойка.