Рандеву на границе дождя

Лучшей кандидатуры, чем Полина, не найти, с такой кондовой моралью это будет образцовая мать семейства. Во-первых и в-главных, она не станет его донимать всякими там тонкостями, как в одном старом советском фильме, в котором учительница литературы выедала мозги своему любовнику-хирургу, и это почему-то служило доказательством ее космической духовности, а хирург, который после тяжелого рабочего дня сопротивлялся насильственному окультуриванию как мог, считался в том фильме жлобом.

Полина не такая, принцип «живи сам и давай жить другим» для нее незыблем, так что, если Руслан будет вести себя прилично и отдавать жене зарплату, в семье будет царить мир и покой.

Как бы он ни презирал ее торгашеское отношение к жизни, но Полина сказала совершенно правильно, что, мол, раз умею отстаивать собственные интересы, то смогу позаботиться и об интересах семьи.

Слишком часто самоотверженность и доброта бывают признаком безволия, а совсем не величия души, и благородные поступки зачастую продиктованы самыми жалкими резонами.

В детстве мама говорила ему, что добро без справедливости – это зло рикошетом, и никогда нельзя пытаться быть для всех хорошим. Правда, она имела в виду несколько другое, нежели Полина, но какая разница. В принципе, будет полезно, если в их вялую семью войдет такой хваткий и энергичный человек.

Руслан дошел до Невского и, решившись, достал телефон. Полина выйдет к нему в этот темный осенний вечер, они обнимутся, остро чувствуя человеческую близость под холодным моросящим дождем и низким черным небом без единой звезды.

И он сделает предложение, как она хочет, потому что он всю жизнь любил Олю. А настоящая любовь на то и любовь, что не повторяется.

С Ингой его связывала дружба, с Полиной – чистая похоть, теперь можно признаться в этом самому себе, но к любви все это не имело отношения.

Так лучше уж жениться по взаимовыгодному расчету, подкрепленному плотским желанием, чем сделать несчастной какую-нибудь хорошую женщину, которой будет нужна именно любовь…

Полина не брала трубку.

Пожав плечами, Руслан набрал ее номер снова, послал эсэмэску. Никакого ответа. Странно, раньше она всегда быстро отзывалась на его звонки.

Подняв воротник куртки, Руслан быстро зашагал по Невскому, загадав дойти до Пассажа и снова набрать Полину, если она раньше не объявится сама.

На Аничковом мосту он немножко постоял, положив руку на холодные чугунные перила, смотрел, как плещется густая черная вода в желтых потеках отражений светящихся окон.