Рандеву на границе дождя

Щекой прижал голову Инги к спинке кресла, она еще пыталась отпихнуть его, но тут водитель вскрикнул тонко и страшно, и маршрутку закрутило.

«Главное, удержаться над ней, – холодно подумал он. – нельзя, чтобы она потеряла этого чертова ребенка».

Макс встретился с женой в ее любимом ресторане, очень закрытом заведении для узкого круга петербургской элиты.

Маленький уютный зал располагался на Фурштадской улице, в бельэтаже жилого дома, и вывеска была такой неприметной, что практически гарантировала владельцев ресторана от случайных гостей.

Макса тут знали, но не как профессора Голлербаха, а исключительно как мужа своей жены, и, отвечая кивком на заученную улыбку метрдотеля, он вдруг подумал, что Алина специально решила встретиться здесь, чтобы ненавязчиво подчеркнуть его социальный статус.

Он занял столик и в ожидании жены достал айфон. Поколебавшись, проверил приложение «Вконтакте»: вдруг случилось чудо и Христина сама нашла его? Но список заявок в друзья был пуст, и Макс задумался, не удалить ли все это дело к чертовой матери, но тут в зал вошла Алина.

Она была сегодня очень хороша, если можно так сказать о женщине, безупречно красивой в любое время суток. Алина убрала волосы в узел на затылке, открыв высокий лоб и длинную нежную шею, и это необычайно шло ей. Встав, чтобы подвинуть для нее стул, Макс заметил, что на встречу она надела платье из шотландки, которое они выбирали вместе и которое очень нравилось ему, это показалось хорошим знаком. Наверное, она давным-давно хотела помириться, просто ждала от него первого шага, решил он весело.

Улыбнувшись ему, как постороннему, Алина грациозно села и открыла меню.

Тут же бесшумно возник официант с блокнотом и, сливаясь с местностью не хуже иного разведчика, стал ждать, когда они сделают заказ. Макс спросил баклажаны-гриль, а Алина зеленый салат из рукколы. После небольших колебаний выбрали бутылку сухого красного вина, никакого другого алкоголя Алина не признавала, да и из заказанной бутылки выпьет дай бог если один бокал.

Сам он терпеть не мог разного рода кабаки, делая исключение только для рабочих столовых. Там ему нравилось: сытно, просто, вкусно и без претензий. Быстро поел и занимайся дальше своей работой, а тратить полдня для того, чтобы сжевать пару веточек травы, можно только от сильного безделья.