Запрет на прохождение приравнивался к объявлению войны… Так что пропустили, никуда не делись.
– О-очень полезный договор, – заметил лейтенант Беренс, строго взглянув на Зарубаева. – Нам бы тоже такой же не помешал.
– Господа, господа, – прервал дискуссию каперанг Руднев, – мы отвлеклись. К тому же пока ничего из сказанного нашим гостем не объясняет сегодняшних событий.
– Как раз все объясняет, Всеволод Федорович, – минуточку терпения… Когда эскадры сошлись в означенном квадрате и приготовились выполнять поставленную задачу, то случилось вот что… – Я как можно точнее описал им и туман и голос.
– И вот мы здесь, господа офицеры, с вами. Как я и сказал, с сегодняшнего полудня вступили в эту войну. И мы оказались одновременно там, у себя дома, и на трех других войнах, поражения в которых сделали историю России столь несчастной. Батюшка может как-то прояснить для меня этот вопрос, что это может быть с его точки зрения?"
"– Да, господа, история… – протянул лейтенант Беренс, первым пришедший в себя после моего рассказа, – никакому сочинителю в голову не придет.
А скажите, чем это вы так по японцам отработали. Вот наш начарт, лейтенант Зарубаев, так ничего и не понял.
– Одну минуту, господин лейтенант, – я достал из-за пазухи запаянный в прозрачную пластиковую пленку пакет и протянул его Рудневу. – Господин капитан первого ранга, командующий нашим соединением контр-адмирал Ларионов просил передать вам это лично в руки сразу после вступительного слова. Да, чуть не забыл, орфография за прошедшие сто с лишним лет несколько упростилась.
Так что не удивляйтесь странностям написания некоторых слов.
Поморщившись от неловкого движения, Руднев взял из секретера нож для разрезания бумаг и, осмотрев печати, аккуратно вскрыл пакет. Вот она, культура «России, которую мы потеряли» – наш бы просто разорвал.
Пока он читал, я отозвал лейтенантов в сторонку и полушепотом продолжил:
– Итак, господа офицеры, насколько мне известно, «Асаму» мы утопили всего одной противокорабельной ракетой «Вулкан», отечественного, между прочим, производства.
Этот снаряд способен убить наповал корабль много большего водоизмещения и куда лучше бронированный, чем «Асама». Это – главный калибр флагмана Черноморского флота гвардейского крейсера «Москва». Жестковато получилось, согласен. Но другого способа немедленно прекратить бесчинства этого мини-броненосца наш адмирал не видел. Следующему по классу ракетному комплексу «Москит», который как раз про «Асаму», не хватало дальности.
